Лера бежала, она боялась опоздать... Нет! не так. Лера бегала по школе лет десять назад, беззаботная, любившая школу, а особенно уроки литературы, и Марь Петровну, учительницу открывшую ей прекрасный мир слова и чувств.Да, и не Лера она, а Лера Михайловна и сейчас торопилась защитить свою любимую учительницу. И это гнало ее по пустому школьному коридору. Педсовет уже начался, а ее задержали родители. Она знает, что она скажет всем этим серым мышкам, на уроках которых она засыпала, этой груде ненужных никому камней, дышащих ацетоном зависти. Она поставит их на свои места строящих козни известью и потоками селитры. Глаза Леры Михайловны излучали ток справедливости, грудь опережала бедра, и она летела вперед светла и чиста, взмахивая локтями, что-то шевеля губами. Ученики и родители говорили про нее, что она честная и добрая. С ощущением сумасшедшей внутренней свободы она решительно открыла дверь. Директор жестко посмотрел на нее:
-Почему вы опаздываете? И что вы думаете, Лера Михайловна, о присвоении звания Марье Петровне?
Лера залепетала что-то бессвязное под колючим взглядом окружающих ее учителей, бывших учителей. И только глаза Марьи Петровны были теплыми и строгими. И Лера подумала, что сейчас она будет сдавать свой главный экзамен в жизни, экзамен сердца, который нельзя выучить на уроках, даже литературы.