[315x208]
В последние годы царствования Франциска I при королевском дворе служил молодой дворянин Ги Шабо де Жарнак, сир де Монлье. Из знатного рода, зять герцогин д'Этамп. Щеголь и модник, одевался богато и жил, что называется не по средствам. На доходы от родовых поместий рассчитывать было рано, потому что отец де Жарнака на тот свет не торопился и сам успешно семейное состояние тратил, хотя и жил в провинции, а не при дворе.
Любопытный и злоязычный принц Генрих, наследник престола, спросил как-то у Жарнака, на какие средства тот так роскошно одевается.

- Отец недавно женился на богатой вдове, баронессе де Гийон, - искренне ответил Ги Шабо и добавил: - Она меня и содержит!
Генрих, не отличавшийся высокими моральными устоями, неосторожное словечко "содержит" понял совершенно однозначно. И стал рассказывать всем придворным, что Жарнак - любовник своей мачехи, дескать, он сам в этом признался.
Когда эти слухи дошли до Жарнака, тот рассвирепел. И заявил присутствующим, что «злобен и труслив тот, кто распустил эту клевету, кем бы он ни был». Дворянин имени Генриха не назвал, но все и так поняли. Генрих, когда узнал о словах Жарнака, тоже отреагировал однозначно, захотел вызвать того на дуэль. Но наследнику короны в дуэлях участвовать не подобает, поэтому он попросил своего друга Франсуа Вивона, сира де Шатеньере, убить Жарнака. Шатеньере, "по-солдатски грубый и в то же время отзывчивый парень", согласился и продолжил сплетню принца, мол, Жарнак лично ему рассказывал, что спит с мачехой. Естественно, последовал вызов на дуэль.
За интригой с интересом следил весь двор, но обедню испортил старый король Франциск. Он одинаково ценил и Жарнака, и Шатеньере. Оба были его оруженосцами и участвовали в последних войнах короля с Испанией. Франциск категорически запретил поединок.
Полгода Жарнак ходил неотомщенным, а два дружка, принц и Шатеньере, продолжали сплетничать. Когда Франциск умер и на трон взошел Генрих II, первое, что сделал Жарнак, попросил у нового короля разрешение на поединок с Вивоном. Монарх для вида посопротивлялся, а потом уступил давлению двора, жаждавшего шоу.
Поединок устроили на турнирном поле. Среди зрителей был практически весь двор, включая любовницу Генриха - герцогиню де Пуатье. У той были свои причины не любить Жарнака, она ненавидела его тещу.
Исход поединка практически ни у кого не вызывал сомнения. Коренастый атлетически сложенный Шатеньере должен был размазать хрупкого Жарнака.
Но передаю слово Ги Бретону:
"Неожиданно герольд издал традиционный клич:
«Сходитесь, почтенные воины!»
И все увидели, как оба противника, пылая ненавистью, устремились друг на друга. Из-за ударов мечей по щитам воздух наполнился страшными звуками, и многим уже казалось, что несчастный Жарнак будет вот-вот сметен. Но вдруг он принулся, прикрыл голову щитом, сделал резкий выпад вперед и молниеносным движением нанес Ла Шатеньере удар под левое колено. Колосс тут же рухнул.
На трибунах воцарилась мертвая тишина. Диана и Генрих II вытаращенными глазами взирали на своего борца», замертво свалившегося на поле. Оба испытывали смешанное чувство потрясения и ярости.
Звонкий голос вывел их из оцепенения и заставил поднять голову. То был голос Жарнака, который кричал своей жертве:
— Ла Шатеньере, верни мне мою честь!
Ла Шатеньре не отвечал. Он истекал кровью, точно обезглавленная курица, и уже почти покинул этот мир.
Коннетабль де Монморанси подошел осмотреть его и нашел, что дело плохо.
— Полагаю, что его следует унести, — сказал он просто.
Пока уносили умирающего, который вскоре преставился, Жарнак обратился к королю с просьбой публично вернуть ему честь.
Генрих II был тугодумом. Он долго молчал, силясь понять, что произошло. Наконец лишенным всякого выражения голосом он объявил, что Жарнак смыл обвинения, выдвинутые против него, затем поспешно удалился в сопровождении двора и Дианы, которая, побелев и сжав губы, не скрывала своего гнева…
Так закончилась эта дуэль благодаря «удару монсеньера де Жарнака», в которой не было ничего незаконного."

Справа гравюра 19 века, иллюстрирующая эту историю. Интересно, что "удар Жарнака" - стал крылтой фразой во Франции
---
Это был последний во Франции судебный поединок с официального разрешения государя. Интересно, что много лет спустя Генрих II сам погиб на турнире, от копья графа Монгомери, капитана шотландской гвардии. Эту смерть, кстати, предсказал Нострадамус. О Монгомери можно почитать у Дюма в романе "Две Дианы", хотя, конечно, книжный персонаж отличался от своего исторического прототипа. После этой трагедии турниры во Франции были запрещены. А вот дуэли продолжались...