-
Здравствуй, товарищ по нашей борьбе! - с этими словами Энхелита приставила пистолет к груди, и прострелила мне сердце. Кажется, насквозь. Сопровождавшие меня агенты - Ширвинт и Млет выхватили оружие, но продолжения не было — пятясь, разошлись туда, откуда пришли. Я остался на тропинке в луже крови. В утреннем тумане темнел силуэт броненосца «Пантелеймон" - ближе к этому островку подойти не мог. Сейчас агенты уплывут на ялике туда и доложат капитану фон Дервизу, что благополучно сдали меня с рук на руки.
Вы спросите, откуда я, мертвый, это знаю?Сердце у меня в груди «для блезиру», а рабочее — в жопе. Там ему безопаснее — за слоем мышечной ткани и костями таза. Часть сосудов пережад спазм, как только давление крови начало падать, поэтому смерть от кровопотери не грозит. Энхелита предпочитает стрелять в сердце. Мне надо просто отлежаться. И выбраться с этого островка. Это был, конечно, не тот остров,на котором стоит дворец Конрада Пантеры, короля Адрии, и, что важнее — единственного бессмертного человека на Земле. И даже не остров охотников за бессмертием или борцов против бессмертия диктаторов. Мне надо перебраться с островка на материк. Как?
…
Моя маленькая дочурка, которую я обожаю, схватила воспаление лёгких. Доктор предложил вытащить её с того света — но я буду его подопытным кроликом. Обзаведусь сердцем в жоре. Впервые в мире. Пять попыток окончились смертью оперированных, а я, шестой, вроде жив, и лежу на этой тропинке. А главное — жива дочка.
Надо выбираться.