Третья часть - 21 (с конспектом)
Вторая часть - 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 (с конспектом) 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 Первая часть - http://antipatriot.ru/post460850971/
101
Марку гараж тоже привёл в восхищение:
-С вами так здо-до-дорово!
По случаю оживления клубно-клубничной активности захватили антураж — законченную «гавайскую» юбочку, бороду, очки, шляпу для «профессора», цветастый зонтик и страусиные перья, которые дала Венера. «Жезл» оказался обвитой медью бамбуковой палкой с набалдашником из ручки столового ножа.
Достали покрышку. Её держали вертикально, а Лу-Лу легла внутрь.
-Дыра велика, - почесал затылок Мамей. - Даже тебе.
-Я что, жиртрест? - оскорбилась поэтесса.
Едва не сказал «ага». Перебила Разилинда:
-Мамей, а какие девочки красивые - худые или толстые? Без шуток.
Задумался.
-Э-э… Может это…. Точно! Если де-трусе... значит, у кого живот длиннее.
Тут призадумались дамы.
-Длиннее?? - Самый длинный — главная?- Откуда докуда?
Разилинда задрала футболку:
-От пупа до пояса. У меня...- она большим пальцем сдвинула вниз шаровары и приложила линейку. - ...двенадцать сантиметров.
-Это можно сколько хочешь сделать, - Лу-Лу подняла юбку, и зажмурилась, собираясь идти на рекорд.
-Стой! - вскричал Мамей. -Венера Антеевна говорила, что смешно, когда главная заикается. А заикается - она.
И показал на Марку.
Народ взроптал:
-Её ещё не приняли. Апейгос не проходила.
Марка поморщилась:
-Апейгос? Ка-ка-какая-то мура, где доказываете, что вы чо-чо-чокнутые?
-Во, она отказывается! - обрадовалась Абрикоска.
-Ничего не отказываюсь. Только за-за-зачем...
-Пьесу надо держать в секрете. Кто разболтает, расскажем, что ей пришлось для апейгоса, - сказал Мамей.
-Не сыграть ей жантереску, - скептически скривилась Лу-Лу. - Углавных ведь тоже откачивают, только не ум, а совесть. А то накопится, застыдятся - и заводы рабочим раздадут. Когда только откачали, совсем бессовестная. Она не сможет.
Марка растерялась.
-И имя тебе не понравится, - Мамей подмигнул остальным. -Опупелла!
До этого главную звали Империлла.
-Опупе… - поникла Марка.
-Ну, это лучше, чем Раздевакула, - заметила Лу-Лу. -Мамей зверь, какие имена придумывает! Он у нас выдумщик, и однажды сказал...
-...что когда стыдно — приятно! - докончили Абрикоска и Разилинда.
Марка покрутила перед ним пальцем у виска:
-Ты со-со-со-со-совсем??
-Я не так говорил! - возмутился драматург. - А что приятное — стыдно.
-Стыдное? При-приятно?
-Послали на целину, а приятно жить в Москве. Стыдно. Бессовестно есть только вкусное, или уроки не учить. Стыд придумали, чтобы всё время на приятное не тратили.
-Купаться при-при-приятно, и не стыдно.
-А взрослых не стыдно просить, чтоб на море поехали? У них дела.
-Когда тупой или глу-глу-глупость сделал - тоже стыдно.
Этого он не учёл.
-Тогда... стыдов два. Один, когда глупость сделал, а другой когда…
-Неприлично, - подсказала Лу-Лу.
-Неприличное непри-при-приятно!
Разилинда оглянулась по сторонам:
-А им - приятно…
-Ко-ко-кому?
-Жантерескам.
-Поэтому они и жантерески, - добавила Лу-Лу.
-Они жантерески потому жантерескают, - возразила Вита.
-Не они, а их, - поправила Лу-Лу.
-Да у них всё наоборот, - успокоил Мамей. - Взять имена. Ацинму — это Умница.
-Или Спуполог, - ухмыльнулась Абрикоска.
-Аксуртитсупс! - захохотала Лу-Лу.
-Чего?
-Аксуртитсупс!
-Это фа-фа-фараон какой-то?
-Сама ты фараон!
Секунд десять ушло на то, чтоб понять, что это не фараон.
В наступившем молчании Мамея пронзила ужасная догадка Он прошептал:
-И одежда... наоборотошняя?
Марка хихикнула:
-Хо-хо-дят на руках, а шапки на попу одевают?
Поразительно, но она попала. В сборнике советской фантастики была юмореска, как на Землю упал метеорит из антиматерии, и все стали ходить на руках, а шляпы носили именно там, куда их отправила Марка. Мамей много думал над ней, но концы с концами не сходились. Рассказ, где благодаря нуль-измерению верхнюю часть космонавта засылали в другую галактику, а нижняя оставалась с женой, он не понял.
-Сами вы этих жантедур вы-выдумали! -обвинила художница.
Абрикоска наклонилась к её уху:
-Мы и есть жантерески.
-Не все. Только некоторые, - хладнокровно сообщила Вита.
-Такое не придумаешь, - Лу-Лу правдоподобно вздохнула. - Просто о них никто слышал.
-Лиц-то не видать. Они же мешки одевают, -объяснил Мамей.
-Жаль, мешок не принесли. Ничего, пока де-трусе репетируем. На главной,- Лу-Лу усмехнулась Марке.
-На ком?
-На тебе.
-Ты - графиня жантересок, — пожал плечами Мамей.
-Ографинили за популярность, - Абрикоска.
-Считай, народная артистка, - подняла палец Разилинда.
-Разве можно гра-гра-графинь жантерескать? - ужаснулась новенькая.
-Пионеры металлолом собирают, графинь — жантерескают. Это их графинский долг, - кивнула Разилинда.
-Че, лю-лю-любой?
-«Популярная» - значит, всехняя, - Лу-Лу даже удивилась.
-Не выглядит она пу-упулярной, - поморщилась Абрикоска.
-Непопулярная — пупулируем! - отмахнулась Лу-Лу.
-Девочки… это... - Марка переводила взгляд с одной на другую. - Что за кру-кру-кружок не-не-ненормальный?
102
Мамея посадили в «Опель», и оставили, счастливого. Сами пошли за гараж.
-Тут такая ерунда, - сказала Лу-Лу тихо. - Мальчик один, и он…
-Пельмень, - дала научное определение Абрикоска.
-Надо сыграть гадкого профессора, а он не может. И жреца Бамбулу, в которого все папуаски втюрились.
-Руководительница кричит, «расшевелите!». Мы и так, и сяк, - потупилась Разилинда. -Поцеловать понарошку — даже не проси.
-Снять штаны и бегать не пробовали? - поинтересовалась художница.
-Его не догонишь, - сказала Лу-Лу.
-Несокрушимый, - Абрикоска.
-Если новенькая сделает то, что ещё не делали — примем, - выдвинула условие Лу-Лу.
-Сказала б, да за-за-за-за-…
-Зарежут?
-За-за-за-заратустра не позволяет!
-Не трусь! - махнула рукой Разилинда. - Он чуть что - в кусты.
Марка переводила взгляд с одной девочки на другую.
-И что от меня?
-Жантерески балдеют, когда их жантересят, - заговорила Лу-Лу. - Особо графиня. Но такие глупости трудно выговорить. Ты будешь заикаться, а мы - подсказывать.
-Ой, девочки… - покачала головой Марка.
-Они же папуасов обманывают. Те видят, что приятно, и тоже хотят. А у них не совесть забирают, а ум.
-Я ещё и радоваться должна??
-А как же.
...
Они вернулись в гараж, вытащили Матвея, и принялись репетировать плавание жантересок на Аламбику.
-Опупелла - пока я, - заявила Разилинда. - Она должна быть опупевшей, а это делается так… Раз... — она задрала футболку на животе, натянув резинку аж на переносицу, - ...и я графиня!
Марке это напомнило паранджу, которую рисовал дядь Толя, вернувшись из творческой командировки:
-Гра-гра-графиня? Вижу какую-то пе-пе-персиянку...
-Перси янки? - Абрикоска ткнула Разилинду в лимончик. - Подумаешь. Что тут прятать?
-А ведь почти наоборотошняя одежда, - поразился Мамей. -Везде, где должно быть закрыто, открыто, а всё, что обычно открыто — закрыто.
Физформа, как и первые двенадцать миллионов «Фордов», предлагалась советскому покупателю любого цвета, при условии, что он черный. Она сливалась с тёмным гаражом, и живот эффектно плавал в космосе.
-Не всё, - сказала Абрикоска.
-Всююкнуть, - рубанула воздух рукой Лу-Лу.
-И не везде, - покачала головой Разилинда.
-Вездекнуть, - отмахнулась Лу-Лу.
-Чего со мной де-де-де-де-делать?
-Потом, потом - пресёк очередной подкоп под нравственность Мамей. - Когда утвердишься. Так, Опупелла — Вита, мы - её команда корабля. Начали?
Он одел оправу, шляпу, прицепил бороду. Вита воткнула перья в волосы, и взяла зонтик. Вылитая графиня. Лу-Лу торжественно опустила руку на её плечо:
-Опупелла! Империалисты оказали тебе высокое доверие — бессовестно обобрать остров Аламбику, откачать с него мозги и похитить котлетное дерево.
Взмах руки обозначил «хором».
-Все на борт! - гаркнули девочки.
Мамей выкрикнул:
-Разводи пары! Отдать швартовы! Тихий ход! Курс на Аламбику!
Четыре жантерски во главе с Опупеллой де Трусе замаршировали на месте, грянув:
-Мы смело в бой плывём, за власть буржуев! Все, как один умрём, за о-о-обалдуев!
-И всходим на борт — залезаем на рояль, - напомнила Лу-Лу. И проникновенно обратилась к невидимому зрителю:
-Жантерески на корабле. Они плыли, плыли и плыли; плыли, плыли и плыли; и уплывали всё дальше и дальше и дальше... Наконец...
-Земля-я-я-я!- закричала Абрикоска.
Разилинда выдвинулась и вывела, на мотив «Тревожной молодости»:
-Сквозь шторм мы плыли! Па-аложи-и-и весло. Меня моё сердце в тревожную даль вело! Ну что, мои верные жантересочки?
-Что?
-Показался остров. Пора облапошить папуасов. Значит...
-Значит?
-Де-трусе! Коли носишь де-трусе, открывай живот: много-много денежек это принесёт!
И они грянули на мотив «Марша авиаторов»:
-Всё ниже, и ниже, и ниже
-Декольты у наших девиц,
-И каждый живот вольно дышит
-Без всяких ненужных границ!
Разилинда повесила сложенный зонтик на шаровары на пузе и сдвинула центр двенадцатью сантиметрами ниже. Может, и тринадцатью. Они не сползли, лишь оттянулись, будучи предусмотрительно сколотыми с футболкой булавками. Живот стал...
Ну очень.
Одинокий живот посреди космической тьмы. Книзу он сужался, сужался, сужался…. Кинжалом в сердце. Грёза о длинном живота воплотилась столь живописно, что рот Мамея открылся.
У других не было замечательной черной физформы. Но платьица задрали.
Несокрушимый закрыл рот. Сглотнул. Собрался с силами и всё испортил:
-Нет!! Так сразу видно, что вы - жантерески. А «Жантереска — это тайна, засекреченная крайне!». Говорили?
-Было… - призналась Лу-Лу.
-А «Не узнаешь из газет, есть они, или их нет»?
-Да…
-Ну?
Платьица с грустью опустились.
-А это… пусть жантерески наврут, что приплыли к жрецу побамбулиться? - предложила Абрикоска. - Специально в де-трусе?
-Жрец - хороший, а не плохой! - воскликнула Разилинда. - Эта Опупелла... она к нему в доверие втёрлась. Вот.
-Втёрлась, втёрлась, - воспряла Лу-Лу. -Радостно втёрлась.
Взгляд новенькой судорожно метался, временами она что-то мычала. Бамбулиться? Втираться в доверие? Однако Драматург перечеркнул их коварные планы:
-К кому втираться? К жрецу? На острове — папуасы. В листочках! Ваше де-трусе ему до лампочки.
И то верно.
-Во что втираться?
Они обернулись. Кому бы из русских пришла в голову идея смазать петли гаражной двери? А вот литовцу…
В гараже стояла Вероника.
* герЭ - хорошо, о`кей, ладно (лит.)
** «Марш авиаторов»