Новая Зеладия
Страх — черта, которая больше всех остальных способствует выживанию. Поэтому страх мощнее. Преувеличивать страхи — стратегия выживания. Из всех эмоций только эта вызывает разрушение мозга — манию преследования.
Общество изначально использовало запугивание для своего построения. Чем примитивнее оно, тем мощнее страхи. Доказано, что в Африке население гораздо более подвержено пропаганде. Его легко «развести». Пойдём забьём страшного Тумбу-Юмбу, или омерзительных извращенцев? - ура-а-а! вперёд!!
Примитивнее Африки только русские. С одной стороны — леса, опасные леса, с другой — огромные слабосвязанные территории. Просто нет другого эффективного и бесплатного связующего материала для построения общества.
В 90% паранойя искусственная. Вспомним жрецов по связям с загробьем. У др.пруссов две главных касты занимались исключительно тем, что наблюдали, как боги подхватывают из погребального костра души покойных и уносят в другой мир. Вот не заплатишь жрецу, нагрубишь — и не подхватят!
Россия — это торжество фобократии. Это её вотчина. Фамусов боялся книг, попы — раскольников, а уж последние 100 лет (за исключением пяти, Карл, пяти!!) просто праздник какой-то. Ленин впрыснул страх перед собственником, и он жив-живёхонек; пугали кулаками, врагами народа и примкнувшим к ним Шепиловым, космополитами и стилягами, и так далее и тому подобное. Оглядывая нашу Фобоимперию задним числом, нельзя не заметить, что страхи эти были не обоснованнее тех вот, прусских, что из костра на небо не подхватят. Они анекдотичны. Характерно, что до и после мировых войн нас запугивали именно теми государствами, которые становились нашими верными союзниками. Несмотря на то, что всю дорогу боялись «неправильно», никто не спросил: а почему так? Может, надо бояться тех, кто пугает?
Фобократ правит страхом, поэтому вся масса законов Думы — запретная. Кроме страха перед законом он не умеет ничего. Это его самая яркая черта - «найти гада». Например, известно что шизофреники опасны. Все эти «зарубил топором всю семью» - классическая шизия. К шизику попал карабин, он застрелил несколько человек. Тут сразу угроза обществу, «а если с твоим ребёнком так», зловещие интернеты, что-то надо делать, «остановить сауронов!». Классика фобократической общаги.
Этому обществу бояться бы паранойи, которая вспыхивает здесь по любому поводу, с пугающей регулярностью...
Поскольку именно в страхе фобократ видит силу, в контакте с кем угодно он пытается, естественно, запугать. Ответишь на его пост - и "я приеду к тебе, поговoрим лично...".На этом строится вся внешняя политика России, особенно — последние 20 лет. Никакой иной мысли кроме «Россия ещё всем покажет!» в ней нет и не было. Россия ещё приедет и поговорит с тобой лично, сверхбыстрой ракетой.
Чем объясняется Гулаг? Тут не столько боялись тех, кого репрессировали, сколько увеличивали общее количество страха. Сколько позволят фобократу, столько он страха и накачает. По нему, чем больше боятся, тем лучше управление. Страх, что тот, кто кинул бумажный стаканчик, завтра возьмёт пистолет и выстрелит — абсолютно тоже самое, что ты" не добился должного урожая с целью организовать в стране голод". Поменяй Ежова на Путина - ничто не шелохнётся
Последний писк фобократии — страх перед толерантностью. Не упоминается, что главное её достижение — свержение рабства. Спросите фобократа: а кто эти злодеи, которые придумали и распространили толерантность? Я спрашивал. Отвечают, что истинные властители в тени и у них свой профит. Тонкость в том, что капитализм, и толерантность никто не придумывал. Результат естественного ходи истории. Да, когда-то запретят рабов (а ведь как изумительно было бы с пересадкой органов), когда -то — бить детей по лицу, доводить до истерики. Когда-то озадаченно начнут чесать макушку: как отличить сексуальное насилие вообще? Никто не хотел этого спрашивать, и разводить письменные согласия на секс. Пришлось.
Страх пропадает, как только понимают, что за этим нет злых намерений. А вот фобократу обязательно потребуются «злодеи».
Фобократа вообще нетрудно увидеть. Оглянитесь — целая страна. Страх — её единственная скрепа.
Хотелось бы мне пожить в отчаянной стране, которая ничего не боится. Вроде, это Новая Зеландия. Эх...