"Бюрократия медицины", Хосе Перес
Что-то в мире пошло не так.
Знаете, почему пропали старые копеечные лекарства, хотя были вполне эффективны?
Мало кто понимает, насколько дороги испытания лекарств.
Скажем, разработали какой-нибудь мексидол для борьбы с инсультом. Сама разработка дешевле испытаний — для инсульта передней доли мозга испытания обойдутся в 2 млрд. долларов. А задняя доля мозга — другая история. Ещё 2 млрд. Или был верапамил от давления. Так как со сроком права на лекарства пропадают, и их можно делать кому угодно, - то он стал дёшев. Верапамил, не обладая прямым противораковым эффектом, попутно замедлял рост опухолей, и подрывал их устойчивость к химиотерапии. Скажем, он обеспечит человеку десять лет жизни вместо пяти. Но несмотря на то, что эффект исследован и описан, его не пропишут. Не положено. Эффективность его в этом направлении клинически не исследовалась. У кого есть лишний миллиард на исследования? Миллиард лекарством за два рубля-то никак не отобьёшь.
Поэтому когда кончаются «права», все вдруг резко теряют интерес к данному лекарству.
Самый яркий пример из множества — артемезинин. Китайцы, роясь в своих старых рецептах, нашли, что от малярии хорошо помогала полынь. Выделили и усилили эффективную составляющую. Эти таблетки в Африке и Азии очень дешёвые. И вдруг оказывается, что за полгода они теряет от 2 до 15 процентов активности. Ах, боже мой — врач же не будет знать, 2 таблетки прописать, или 2,5! За год не положено более двух процентов! Пусть лучше болеют, мрут, или накопят на «правильные» таблетки!
Великолепно.
Принцип такой: запретить клубнику, потому что у части детей на неё аллергия. Непреодолимо высокие требования к лекарствам.
Это не медицинская проблема, а бюрократическая.
…..
Мы дали им слишком много власти. И это же в волне «толерантности». Чересчур высокие требования к «не-оскорбительности» тоже от бюрократии. Короче : раньше классом эксплуататоров был капиталист, теперь его место занял чиновник. Оседлал волну, где не горбатясь можно сытно есть и сладко спать.
В Японии нет запретов на хентаи — абсолютно. Рисуй что угодно, хоть Мону Лизу, захлёбывающуюся фекалиями (и такое есть). Потому что в мозгу японца всё четко: рисунок — это не реальность. Что бы чего-то там не воздействовало на неокрепшие души, на то есть дисклаймер. Бюрократ отсечён, ему не натянуть сюда свою паутину "можно/нельзя".
Мы не пропустим ребёнка на секс-шоу, правильно? Почему же мы тогда пускаем негра туда, где стоит памятник Джефферсону? Памятник может вызвать у него депрессию. Нельзя причинять людям страдания. Пусть справку покажет или обойдёт площадь.
…
Обсуждали вчера с сыном будущее моего внука, у которого интересы к минералам и насекомым. Не пойти ли ему в химики или фармакологи?
Это же какой переворот сюжета: всё то, что показано в знаменитом «Во все тяжкие», только герой клепает не нарк, а «черную» фармацию, без доказательной базы. Спасает мильоны, но за благодетелем гоняется полиция всего мира...
Ха-ха-ха.