Когда немцев в течении суток турнули из Восточной Пруссии, рояли и пианино они с обой забрать не могли. В комиссионке Калининграда валялось уйма инструментов; помню клавикорд за 70 руб. Кое-что оттуда, должно быть, нынче равно особнячку в Канзасе. Я страшно любил туда бегать и на всём, что блямкало - блямкать.

И мне купили рояль. Бехштейн, 1864-го, кажись, года. 360 рублей - при папиной зарплате 150... Лист 30 лет играл на Бехштейне на 2 года старше, и был страшно доволен.

Когда я дорос до первых двух частей из "Лунной", то мне показалось, что вторая часть, коротенькая, звучит у меня лучше, чем у Гинзбург (на пластинке). И это, вероятно, было так - потому что  инструменты сильно изменились. Мне кажется, что на Стейнвеях всяких, да вообще на всех фортепиано после 1890-х её исполнять нельзя, весь шарм части теряется. Виртуозы мучаются-мучаются, и думают, что часть какая-то скучная, одни общие места. А нужен шоколадный бемольный звук, печальный, короткий - а не смазанный "шопеновский"!! - в басах..

Сейчас Bosendorfer инструменты стали подбираться к этому, на них играет Валентина Лисица.

Вверху мужик играет 3-ю часть "Лунной" на правильном Бехштейне, подобном моему. Не без помарок, но слышна каждая нота, энергия бешеная. Найдите ту же Лунную на Стейнвее, поймёте разницу.

А у моего при перезде лопнула рама.