Я пока не отношусь к матёрым авиапутешественникам, постигшим все тайны, хитрости и тонкости аэропортовых процедур. То, что я не вёз с собой верёвку, большую пуховку, кучу общественных "железяк", - серьёзно упрощало задачу уложиться в бесплатные "аэрофлотовские" лимиты по весу и объёму багажа с ручной кладью. Подтверждать байки и легенды о напяливании на себя в знойный летний день перед посадкой в самолёт двух флисок, штормовки и штанов-самосбросов, конечно же, не стал. Но горные ботинки на ногах - это святое. На этот мой аттрибут в зале вылета обратила внимание семейная пара немецких туристов старшего возраста. Я им показал жестами, мол, "хох", "климмен" и "бергштайген", понимаешь, еду. Они разулыбались, показали поднятые большие пальцы, затем - свои сандалии (надо сказать, на "вибрамовской" подошве) и развели руками, типа, а мы так просто, погулять.
Вообще, публика на тот рейс в Бишкек собралась весьма разношёрстная: тут и молодой человек явно походного вида, с оттяжечным карабинчиком на 35-литровом рюкзаке, и солидные дядечки с "дипломатами", и семьи с многочисленными малолетними детьми, "бэкпэкеры" из Европы, американцы в "ковбойках" и джинсах.

Солнце ушло за горизонт, нашему рейсу дали добро на взлёт; всё, что привязывало меня к городу N, осталось позади и внизу.
К исходу первого часа полёта мы попали в зону турбулентности. Начавшуюся было раздачу напитков бортпроводникам пришлось в спешном порядке свернуть, а пассажирам дали команду пристегнуться. Трясло, впрочем, не сильнее, чем на каком-нибудь шоссе районного значения в той же Рязанской области.
Время раздачи горячего ужина. Слева от меня, у иллюминатора, занимал кресло американец.
- Будете баранину или курицу?
- Sorry?
- Лэмб ор чикен (lamb or chicken)? - повторила стюардесса, сохраняя безупречную корпоративную улыбку.

- Лэмб ор чикен? - задала она вопрос уже мне.
- Лэмб, плиз, но можно и баранину!

С приятной теплотой в желудке можно было откинуться в кресле, пристроить под шею предложенную подушечку, отыскать приемлемое положение для ног между стоек кресла впереди и подремать под низкий монотонный гул двигателей. Что-то даже начало сниться. Проснулся я от того, что заложило уши, а затем последовал очередной звуковой сигнал пристегнуть ремни. Мы шли на снижение. За иллюминатором - только чёрный купол неба с бледной голубовато-зелёной полосой вдоль горизонта. Ещё несколько мгновений - и мягкое касание посадочной полосы.

Как известно, в аэропорту "Манас" стоит американская военная база. В предрассветной мгле наивным было пытаться разглядеть их самолёты (это на обратном пути, во время рулёжки, удалось их увидеть и сосчитать). Ожил мобильный телефон: "Добро пожаловать в Кыргызстан!" - c данными о роуминге. Но буквально на следующем повороте рулёжной дорожки сигнал исчез - "глушилка" работала исправно. И только на входе в зал прилёта сотовый оператор вновь поприветствовал тем же сообщением "Добро пожаловать в Кыргызстан!"
Быстрый пограничный и таможенный контроль, затем - с некоторым волнением - отлов большого рюкзака с багажной ленты (всё-таки именно в нём были упакованы главные предметы домашнего уюта и комфорта предстоящей трёхнедельной экспедиционной жизни - палатка, спальник, горелка, кастрюлька). Вот он, родной, с биркой на лямке. Что дальше?
- Такси? - сразу оживляются караулящие здесь представители этой профессии.
Отрицательно мотаю головой, отбиваю смс-ку "связному": "Я в Манасе". Тут же ответный звонок. Слова в трубке, на фоне гама в аэропорту, неразборчивы...
- А, всё, я тебя вижу!
Оборачиваюсь.
- Алина!!!

Продолжение следует