Вчера я вышел из дома... Нет. Я сбежал оттуда, сбежал от мучающей весь вечер головной боли, от назойливых вопросов, от антибиотиков, анаболиков, сбежал на свободу. Очень приятно и весело распил по бутылочке пива с другом и его девушкой в сквере Победы под акомпанимент стоящей рядом с соседними лавками 99-ой. Ближе к полуночи позвонила коллега и подруга по совместительству. Встретились с ней в "Ультре", попили кофе, от души поржали над её больничными воспоминаниями: кинопоказ порнухи на ноутбуке для соседок по палате - дамы от 50 и выше. Женщины так разволновались от увиденного, что к утру у них подскочило давление... А говорили, не шевелится ничего :). двинулись к "Пике". Из Пике периодически то выносили, то выползали. Но плотность человеческого покрова на танцполе только увеличивалась. Захлебнуться потом с повышенным содержанием спиртосодержащих веществ не было ни малейшего желания. Решили дернуть в Кулек. Легко. Но во всем "Кульке" кроме обслуживающего персонала ни единой живой души. НИКОГО. В принципе нам с ней и вдвоем весело было бы, но... мы решили посмотреть, что происходит в "ёлках". Ёлки брали штурмом, поэтому посмотрев из окна такси на суровых ментов, направлявшихся к толпе, которая напирала на двери несчастного заведения, собрались уже было домой, но вспомнили, что есть еще такой гадюшник как "XXI век". Но и там за исключением, что я препода увидел, не было ничего примечательного, да и зад негде опустить. И все. Больше идти некуда. Домой. Смотреть кино.
По всему, кино мне попалось нездоровое. Когда в пять утра я решил, что пора отойти ко сну, и претворил задуманное в жизнь, то первым делом во сне я куда-то поехал, что явно говорит о том, что я все-таки недогулял. Поехал я на автобусе часов в пять дня, и задумчиво сидел у окна, невидящим взглядом провожая проплывающие мимо лица. Однако мое внимание привлекла стоящая недалеко от места контролера молодая супружеская пара с ребенком. Не помню наверняка, но по-моему в первую очередь, меня заставил очнуться от моих мыслей и повернуть голову плач ребенка. Супруги были красивы собой, хорошо сложены, и очень гармонично смотрелись рядом. Прекрасные глубокие, черные, большие глаза молодой женщины источали тревогу и грусть. Она держала ребенка, лет двух от роду, на руках и склонив к нему голову успокаивала его, напевая вполголоса. Голова мужчины склонилась рядом с жениной, взгляд также был прикован к малышке, но он молчал, видимо не решаясь нарушить общение матери и дитя.
Но что-то странное было в этих фигурах, приглядевшись лучше, я увидел, что и женщина и мужчина и ребенок наги. Единственное, что их укрывало - некое подобие полиэтиленового плаща, совершенно прозрачного, в который они завернулись как в тогу, прижавшись друг к другу. Мой взгляд задержался на секунду на груди женщины, высокой, небольшой, аккуратной, немного возбужденной, вероятно от холода, затем скользнул по талии, бедрам, ногам... Но, устыдившись, я отвел взгляд, ибо, как мне стало вдруг понятно, странным было не то, что они стоят в автобусе практически обнаженные, а то что я вторгаюсь своим взглядом в их жизнь, совершенно меня не касающуюся и у меня нет на это никакого права, тем более, что радость их совместного бытия омрачил детский плач.

P.S.
До встречи.