[300x302]
…Пряди её шелковистых волос спадали на изящные плечи. А на почти кукольном личике блестели, словно, бриллианты солёные капельки. Солнечный луч, проходя сквозь них, играл всеми цветами радуги. Это было очень красиво. Она была красивой. Такая родная и близкая, казалось, что она спит, тихим и беззаботным сном. В воздухе парил аромат сладкой ванили. Запах детства, моего детства, нашего… Это заставило меня невольно улыбнуться, по-настоящему, искренье, не так, как я делала это на протяжении последних лет. Странно, но люди всегда замечают улыбку только, когда уголки губ человека приподымаются в натянутой гримасе. Чушь, глупая чушь. Это не улыбка, это лицемерие. Моё, твоё, его, их, наше общее. Или ты никогда так не делал? А, если честно?...Ну, разве я не права? Только глаза , только они, словно зеркало, показывают истинное отображение души и того, что твориться в ней. Посмотри внимательно в мои. Что ты там видишь? Пустоту…Тебе страшно? Не бойся меня, дай свою руку. Холодно? Так должно быть. Пустота всегда ледяная, колючая, как осколок айсберга…Она такая. Сегодня мне пусто, сегодня я хороню её. А ведь она ещё жива, я чувствую это. Но уже поздно, уже пусто…Разве это не смешно? Почему ты не смеёшься? Разве я не похожа на Арлекино? Сама себе делаю больно. И, знаешь, порой мне кажется, что у этой боли сладкий вкус и мне он нравится так же, как нравилось в детстве фруктовое мороженое. Теперь я сама стала им. Только, вряд ли, найдётся тот, кто захочет попробовать его. Ну не молчи же ты, скажи, хоть слово!...Да, ты прав, мне уже пора, пора уходить. Я подхожу к ней и нежно целую в лоб, мои губы дрожат, но я знаю, что так будет лучше «Прости, но мои крылья уже давно почернели…» Последний взгляд через плечё…Всё, Любви больше нет. Она жива, но её нет. Пошли. Теперь Ты будешь наполнять пустоту в моих глазах. Вот только чем?