В колонках играет - Amethystium

Ключ в замке. Поворот, еще один – щелчок. Сегодня она отпросилась с работы раньше. С самого утра ее преследовало щемящее чувство тяжести где-то глубоко в груди и невыносимая головная боль. Все, что она хотела - выпить большую чашку горячего молока и упасть в объятья мягкой постели до вечера. Вечером домой придет любимый, успокоит, утешит. Он даже не будет злиться, что ужин не стоит горячий на столе, а собака не погуляла. Он поймет, приготовит что-нибудь из тех блюд, которых она любит, наденет ремешок на кокера и пойдет с ним во двор. Когда она просила завести собаку, то клятвенно заверяла, что забота будет на ее плечах. Но, ведь, он все понимает и не скажет ни слова упрека – он любит. Единственный человек, ради которого она живет, такой близкий и родной.
Дверь открыта, перешагнула порог. Снимая пальто в прихожей, она почувствовала витающий в воздухе неуловимый аромат тревоги. В груди кольнуло – скорее бы в постель и спать. Идя по коридору, она услышала шум в спальне: “Опять эта длинноухая бестия что-то натворила”, - подумала она и улыбнулась.
Распахнув дверь комнаты, замерла, оторопев от увиденного. Еще несколько секунд понадобилось, чтобы осознать весь ужас картины. В постели, в ее и его постели был он...и ее лучшая, как ей казалось, подруга. Обнаженные тела замерли, две пары испуганных глаз не мигая смотрели на нее. Повисла безмолвная тишина.
Она вырвалась из комнаты, влетела в коридор, на ходу хватая с вешалки пальто. Хлопнула входной дверью. На лестничной клетке из ее глаз брызнули слезы.
Куда она бежит, она не знала. По массиву, дальше через балку, мимо домиков поселка, в лес. Холодный ноябрьский ветер бил ее по лицу больно, хлестко.
Ее родители погибли в ужасной катастрофе. Осталось только двое близких людей: подруга со школьных лет, от которой не было секретов и с которой она делилась любыми переживаниями, проблемами; и ее любимый мужчина, ради которого она жила, всецело посвящая себя ему.
…Стемнело, на холодный, голый лес надвигалась ночь последнего дня осени. Она все еще шла, уставшая, замерзшая. Не разбирая дороги, разрывая в клочья одежду о кусты и ветки. Слезы давно высохли, оставив длинные полосы растекшейся туши, смешанные с кровью потому, что руки и пальцы деревьев оцарапали ей лицо – все это было маской безысходной печали…
…Взошла луна, освещая бледным ликом фигуру девушки. Она сдалась. Упала на листву, прислонившись спиной к дереву. Взор ее был обращен вверх к луне и к далеким звездам. В душе не осталось ничего, кроме давящей боли. Вдруг, на губах она почувствовала легкие уколы – то был первый снег. Она сидела, а снежинки, кружась, оседали на спутанные волосы, лицо. Она не знала и не хотела знать, сколько прошло времени, не чувствовала резко наступившего мороза.
Чья-то холодная рука опустилась на ее плечо. Она вздрогнула, обернувшись, увидела над собой старуху. Сколько той было лет, разобрать было невозможно, одета она была в кучу разодранного тряпья, в руке была клюка, а взгляд был пронзительным и древним одновременно.
Старуха зашевелила одними лишь губами, и резкий сиплый голос произнес:
- Я так и предполагала, что дойдешь именно ты. Я давно жду тебя, дитя. Уже много лет. У тебя не осталось никого в жизни, а сердце твое наполнено невыносимой болью. Так нужно, поверь, так мне было нужно.
- Встань! Дай мне руку!
Старуха взяла девушку за руку, приблизила к ней свое сморщенное лицо и произнесла:
- Я забираю у тебя человеческое тепло, тепло эмоций и чувств. У тебя и так мало его осталось.
Девушку обдала волна дикого холода, каждая клеточка ее тела болела. Этот холод шел от старухи, от ее рук, глаз, уст. Та продолжала:
- …И вдыхаю в тебя холод зимы, теперь ты свободна от всего людского. Ты – новорожденная зима. Правь лесом, городом, природой. Твое время пришло, а мое уходит.
Договорив последние слова, она исчезла с порывом ледяного ветра и вихрем кристалликов снежинок. Куда ушла после этого девушка, небо не увидело – луна в этот момент скрылась за тучами…
…
Вечером следующего дня в новостях прошло сообщение о резко наступивших морозах, о найденных в пригородном лесу трёх девушках, замерзших насмерть. А городской морг в тот вечер принял еще двоих связанных с этой историей: молодого мужчину и его любовницу. Причина смерти устанавливается…