из старого
вроде как на пробу
опять же о любви...
оригинал - тут http://www.wate.sitecity.ru/ltext_2101002431.phtml...=ltext_2101002431.p_2101004620



Я пацифист. Знаю, звучит немного неправдиво. Даже, в принципе, диковато. И, тем не менее, это так. Неужели кому-то может принести удовольствие убийство другого? Не понимаю...
Вот видите. И старый М-16 может быть пацифистом. Вот такие чудеса делает любовь.
Я люблю её. Люблю искренне и нежно. Вы, наверно, подумаете, что я совсем сошёл с ума. Но если бы вы знали её, то поняли бы, что её не любить невозможно.
В ней прекрасно всё - от пышных тёмных волос и глубоких серо-зелёных глаз до всегда идеально сидящей отглаженной формы.
У неё волшебный голос, которым она отдаёт приказы и лепечет глупости в телефонную трубку.
У неё красивые руки с тонкими запястьями и изящными пальцами.
Каждый день я часами болтаюсь у неё за спиной, а вечером она снимает меня, нежно проверят предохранитель и ставит в шкаф с замком, где я обыкновенно сплю.
У неё кольцо на безымянном пальце. Я никогда не видел её избранника. Но я его отлично знаю. Откуда, спросите вы? Уж такие мы, вещи, не похожие на вас... У нас вечная память, мы можем видеть сквозь стены, читаем мысли и знаем будущее.
Я знаю, она любит его. И он её тоже. И я искренне счастлив за них. Даже если бы я умел говорить, то всё равно не сказал бы ей о том, что я чувствую. Я не хочу, чтобы она знала. Это будет явно лишним. Доверьтесь мне, я знаю это. Я не хочу, чтобы она страдала. Хочу ей только счастья. Не со мной. С другим. Знаю, любимая, я поступаю верно. А, может, это и есть настоящая любовь?...

***

Вы думаете это проверка на вшивость? Я тоже так думаю. Но солнце уже высоко и мой пятый ребенок устал ждать. Но сегодня, сейчас, здесь особенный день, особенный час и секунды нашей любви размазаны от приклада и дрожат в перекрестье прицела, как капли пота у нее на висках. Такой страсти между нами не было никогда. Мне говорили, что наступит момент истины, момент, когда последний ребенок задумается в утробе ствола и опоздает появиться на свет. Но я не верил. Я не мог поверить. Ее дыхание у затвора, чувственность ее пальцев, что тот, другой, которого она любит, может знать о чувственности ее пальцев? Вот он, самый нежный, окольцованный дрожит на курке... так ласкают, когда смотрят в лицо смерти. Я слышал, что однажды смерть вернется обратно и хотел только одного - быть с ней. И сегодня слух настигает нас, и мы рядом уже целую вечность и только мой пятый ребенок устал ждать и там, в глубине спускового механизма он размягчает порох руками страха. Я уже задыхаюсь и начинаю дрожать в ее руках. НИКОГДА, НИКОГДА она не нуждалась во мне с такой силою, как сейчас, с такой обреченной надеждою, с такой жаждой жизни. Никогда с этих побелевших пальцев не сочилось столько любви в мое металлическое тело. Но мой пятый ребенок устал ждать...
Вы думаете это проверка на вшивость? Нет. Это ее последняя любовь на войне...
В тот день мы занимались с ней любовью четыре раза. Мне незачем врать. Можете посмотреть у нее в блокноте. Она записывала рождение каждого нашего ребенка. Четыре раза она оставляла меня на камнях и делала несколько долгих глотков из армейской фляги, и я видел, как струйка воды стекала по подбородку за воротник ее идеально сидящей, отглаженной формы. И только один раз я видел, как вместо воды за воротник стекла струйка крови. Это случилось, когда не родился наш пятый ребенок, когда он устал ждать. Арабский снайпер выследил нас. Мой пацифизм украл у нее те доли мгновения, которых ей хватило на смерть, а арабу на жизнь. Ведь я - оружие, я не имею права на пацифизм... Но ты не слышишь меня. Ты нежно проверяешь предохранитель и ставишь меня в шкаф. Ты лепечешь глупости в телефонную трубку. Поверь мне, когда смерть вернется обратно, мы не будем заниматься любовью. Я научу тебя убивать. Я обещаю. Я клянусь. Ведь в тебе все прекрасно, от пышных тёмных волос и глубоких серо-зелёных глаз до всегда идеально сидящей отглаженной формы...