18 октября.
хочется в легкие набрать вина и тихо мурлыкать задыхаясь, последний разок чувствовать вкусы вины от того, что сдаюсь, но знали бы люди, которым я дорога, как же я устала, как я хочу утопиться в стакане липкого серебра, с лимоном и жгучим перцем на кромке. все ломается, я не исключение, звони в саппорт, кричи им хелп, кричи о том как мало тебе уделяю времени, которого у меня и так нет, которым наполняю я свои глаза и тихо сливаю его в рукав, чтобы ты не видел во что переработались твои слова, чтобы не сказал как надоели слезы, как опять я становлюсь не права. и как все между нами уже серьезно. я сделала этот шаг не зря, я так хотела в это верить. собственно, что мне теперь страдать. я не со зла, я просто хотела оставить открытыми двери. потому что так тяжело дышать без тебя. потому что тебя нет.

//

И лампа не горит, и врут календари,
И если ты давно хотела что-то мне сказать,
То говори.

Любой обманчив звук. Страшнее тишина,
Когда в самый разгар веселья падает из рук
Бокал вина.
И чёрный кабинет, и ждёт в стволе патрон.
Так тихо, что я слышу, как идёт на глубине
Вагон метро.

На площади полки. Темно в конце строки.
И в телефонной трубке эти много лет спустя
Одни гудки.
И где-то хлопнет дверь, и дрогнут провода.
Привет! Мы будем счастливы теперь
И навсегда.
Привет! Мы будем счастливы теперь
И навсегда.

(ц) Сплин - Романс