Нынче, псевдонаучно говоря, вернумшись с долгой гендерной поездки по дельте великой реки Волги и окружающих ее пустынь, степей и рек, иду по Коктебелю на раёне будинка писателей и на прекрасных дев пялюсь, размышляя кого бы сейчас мне сексуально харраснуть, пока утро и остальные действующие лица драмы жизни либо спят либо похмеляюца. Короче, иду и тут типа одна прекрасная дева, моя студентка бывшая, уже в годах, не шешнадцать и не девочка машет мне с той стороны ленина и гаварит, типа, "Авель, стой! У тя на спине пух какой-то." 

 

У меня сразу встал. Я сразу встал. Команда ведь.

 

И тут же сходу, как тока встал, бац! отвечаю ей на чисто русском диалекте без мата: - Да ет грю из моих котов Анфисы и миссис Хопкинс мех лезит. А дева меня как не слышит и решительно потходит ко мне, руки на плечи сзади кладет, в глаза смотрит, т.е сама сексуально меня дамагаитца и одновременно заботливо так снимает эту поеботню с лопатке. А что сняла не грит, а по прежнему не отнимая своих рук с моих плеч и не отводя взгляда от моего прекрасного загорелова лица - стали рядом с бровью брови - показывает мне. И ето оказывается, данное нам в ощущениях и существующее независимо от нашего нежного утреннева сознания, геганцкое такое белое перо (хуй знает, кстати, откуда взялос, можа из подушке налезло, но я вроде бес кардигана сплю обычьно, голым.) и говорит восхищенным голосом такая поражонная и с увожением: Хуясё, Авель, ну у тя и коты!

 

Миру мурр братья и сёстры. Если я при встрече на нудике или просто на раёне спрошу у вас, что такое Ренессанс. Не говорите непадумав, что это конь Дон Кихота. Прокляну.