Философская наука - один из сияющих ликов Всевышнего, потому и любовь к ней - признак не только искренной человечности, но и бесчеловечной неискренности тоже. Мысль помню, автора нет.. возможно это из за озоновой дыры над Антарктидой. Одно ясно - такие философские рассуждения происходят от большого ума (а наш коэффициент интеллекта, IQ равен 151 когда мы пьяный, а когда трезвый - 148, и это вам не жук чихнул). Или еще версия: - рассуждения и умные мысли происходят в голову от большого таланта. И ни возраст, ни борода, ни размеры члена здесь ни при чем. Только талант, ум и член. 

 

А теперь скажу, к чему это я? 

Когда на ленивого философа обрушиваются такой громадный АйКю плюс способность сочинять и записывать придуманное, нет, даже не обрушиваются, а просто мягко и привычно садятся на его плечи, также как птицы садятся на дерево, философ начинает цепенеть душой, шлестеть листьями и гнуть ветки, сам постепенно превращаясь в дерево. В мыслящее дерево. А когда нас становится много, когда нас как нашей доргой редакции, то это уже не мыслящее дерево, а мыслящий лес, по которому иногда приятно прогуляться. 

 

Вот и вчера вечером наша дорогая редакция всем лесом, с котами, собаками и бывшими женами планово смотрела японское кино, посвященное прекрасным событиям быта и культуры страны Восходящего солнца. Если быть совсем точным, чтобы не соврать - кино было два. Одно называлось "Мечты Дзиро о суши". Оно было документальным про старого, девяностолетнего повара, которого зовут дедушка Дзиро. Кино очень мне понравилось, потомучьт в нем все время готовили рис и рыбу, говорили про рис и рыбу, ели рис и рыбу. В таком возрасте наши дедушки обычно едут к себе в Мухосранск век в говне доживать, но не старый Дзиро. У него в Токио крохотный ресторан, всего на 14 мест, но все столы раскуплены на годы вперед за немалые деньги. Один посадочный табурет за стойкой его суши бара обходится гурману примерно в 150 американских долларов. 

 

Мухосранск подождёт, - Говорит дедушка Дзиро, пряча добрую улыбку в своих пышных, лихо закрученных седых усах.

 

Другое кино было художественным, про писателя Юкио Мисиму, гордость японской литературы.. ( 14. 01. 1925, Токио - 25.11. 1970 года, там же). Тоже понравилось, хотя и не так сильно как первое. Называлось  оно "Мисима: жизнь в четырёх главах"

 

Хотя, с другой стороны обе ленты было тяжело смотреть, особенное про Мисиму. Актёров много, ни одного знакомого лица, все японцы. Все на одно лицо, словно это не саморезы не самураи, а канарейки, да еще и одеты одинаково, словно китайские бизнесмены на переговорах - хуйпоймешь где кто.. 

 

Приходилось безрезультатно напрягаться, чтобы их различать и не путать. И что характерно, казахи, к примеру - тех я легко различаю. На раз-два. Вот Ерлан, вот Айжаркын, вот Жожопа Жожоспар. Здравствуйте, кутаки. Котакты жеме, анан съгын!

 

А вот с японцами беда, никак не могу. Хотя между собой казахи и жители страны восходящего солнца очень похожи. Тоже вроде бы и глаза на одинаковых прищепках и физиономии конгруэнтные, словно масленичные блины, а не получается. 

 

Теперь тема гомосексуальности!

 

Тема гомосексуальности Мисимы совершенно не раскрыта. Конечно, на различных голых вечеринках он периодически уединяется со своими молоденькими поклонниками, вроде бы как раз для того, чтобы заняться запрещенными в России экстремизмом тире гомосексуализмом, но вместо изысканного трахбабахена с юношами из высшего общества он ведет среди них исключительно философские и патриотические беседы. Да и актера какого-то тщедушного подобрали, Мисима малость пожопастей, помясистей был.

 

(Хотя с другой стороны, может быть и хорошо, что не полностью раскрыта тема гомосексуальности, потому что по утверждениям одной моей хорошей знакомой из тех мест, известной в узких кругах под ником Японка, - у тамошних саморезов в их алмазных ножнах нефритовые мечи преимущественно перочинные. Так что от подобного гомосексуализма до патриотизма и философии один маленький, перочинный шаг.) И не факт, что кому-то бы понравилось на всё это смотреть.

 

К тому же надо учитывать, что наша дорогая редакция (да благословит ее Аллах и приветствует) не только действующий алкоголик, но и ценитель девичьих прелестей. Смотреть на чужие муслимы в кино даже для нее иногда ту мач. Хотя, с другой стороны, на свете нет такого мамонта, которого нельзя было бы заскамить и нет такого кринжа, который нельзя было бы купировать большой рюмкой беленькой с утра и литром красненького за обедом.

 

Вощем загадочно всё это.. но.. сцуко, факт.

Банзай!