В древнем Риме имперских времен
Небывало холодной зимой
Запылал грандиозный костер -
В этой пьесе финал был такой.
И патриций, и декурион,
Как ни странно, во мненьях сошлись -
На костре подожжен эгоист,
Потому что не мерзнет лишь он!

Пролетели над миром века,
Вновь пурга поЕвропе метет...
И в стенах одного городка
Наблюдаем такой натюрморт:
Говорит горожанин жене,
Губы синие чуть шевеля
- Эта ведьма горит почем зря.
Эгоистка! Она-то в тепле...

Налетел девятнадцатый век,
Над Италией вьюга кружит,
И какой-то худой человек
Длинноносый у печки сидит.
Уж который исписанный лист
В ненасытное пламя кладет...
Господа! Гоголь - не эгоист!
Просто он превращается в лед...

199? год.