Летом люди как будто плавятся, с мая по сентябрь медленно стекают сами с себя, на полы, стены, сидения транспорта и рабочие кресла. Даже когда они идут по улице, они оставляют влажный шлейф, подобно улиткам, - и как будто смазались краски на пропотевшем полотне.

Дышать утренним воздухом. Я вспоминаю Шаболовку, три года назад. Ранним утром бежишь на работу под мелким дождиком, а капли испаряются, едва долетая до земли. Потом запах свежих книг, тысячи книг в день! Это моя Шаболовская, какой я помню её.

Год спустя – тихие душноватые дворики Авиамоторной, струящиеся потоки автомобилей по шоссе и тонкие книжицы в мягкой блестящей обложке, по одной на пару дней… Летом всё как будто не имеет звука, как будто телевизор перед глазами, а ты сидишь и закрыл ладонями уши, как будто плёнку пустили так медленно, что звук опустился до частот, не слышимых человеком.

По Ленинградскому шоссе на север. Под мостом у Войковской в уютно-тенистой аллейке притаился округлый трамвайчик – и кажется, он, как маленькая жёлтая луна, остаётся там целую вечность…

Это моё Московское лето.

Моя маленькая вечность.