ГЛАВНАЯ МИРОВОЗЗРЕНИЕ
ПОРТРЕТ ГОТА

В черном и не только


Коридор студенческого общежития, неважно даже, в России или в Австралии. Бытовой неуют, одинаковые двери. Но к косяку одной из дверей прикреплена — цветком вниз — черная роза. Это своего рода визитная карточка, свидетельствующая, что внутри, за этой стандартной дверью, обитает не стандартная, а «готическая» девушка. Представители этого молодежного движения весьма изобретательны на подобные семантические жесты.

Впервые столкнуться вблизи с готами мне довелось не у нас, а во Франции, минувшим летом, когда обнаружилось, что шестнадцатилетний сын моей подруги резко и решительно «заготовал». Предпосылки, собственно, были и летом предыдущим, но предпосылки не в счет. Картина все равно впечатляла новизною. Темные кудри, и раньше достаточно длинные, теперь ниспадали почти до пояса. Батистовые рубашки с кружевными манжетами — белоснежные или черные (наш гот стирал их вручную, не доверяя стиральной машине). На пальце — серебряный перстень с розой, на груди — массивный кельтский крест. Но, как пояснила подруга, «это у них для равновесия, чтоб не выглядеть слишком изнеженно», — грубые черные джинсы и сапожищи до колен, сзади на пряжках, спереди на шнуровке. Никаких кроссовок, никаких сандалий — лучше умереть! Почти в любую погоду юноша, назовем его в полном соответствии с действительностью Д.Л. — надевал длинный кожаный плащ. За весь сезон он зашел в море один-единственный раз — на мамин день рождения, в качестве, так сказать, подарка. К тому же, рядом не просматривалось сверстников — свидетелей такого позора. Готическому молодому человеку не подобает вульгарно валяться на пляже или плескаться в волнах. Ему приличнее разве что задумчиво бродить вдоль прилива, желательно в пасмурную погоду. Можно и одиноко выйти в море, на каком-либо утлом челне, ловить парусом ветер и слагать стихи.

Так как насчет стихов? Мое предположение оказалось верным: стихов наличествовало немало. Не без характерных для возраста логических сбоев, но четко зарифмованные, достаточно звучные, богатые архаической старофранцузской лексикой. Рискну перевести кусочек:

Потерянный в веках, из лабиринта злого
Я вглядываюсь в даль, коленопреклонен.
Но горизонт размыт. И льются слезы снова
Смывая боль мою, смывая мертвый сон.

Чего там только нет дальше, в этих стансах! И неизбежность рока, и проклятость сердца, и утраченные иллюзии. Есть некая нимфа, к которой протягивает руки лирический герой, нимфа, рассеявшая тьму его снов, но слишком далекая. Есть тема одинокого пути, конфликт с душой-мучительницей, перспектива безымянной могилы.

Смешно? Быть может и да, как был двести лет назад смешон «Мельмот скиталец», написанный после стебного «Кандида». Но пары десятилетий не минуло, как смешными сделались тогдашние постмодернисты с их «добросовестным ребяческим развратом» и красными каблуками.

А по-хорошему, ничего не напоминает? «Придешь ли, дева красоты, слезу пролить над ранней урной?» «Паду ли я, стрелой пронзенный?» Модное слово «идеал», наконец.

Ну разумеется, это старый знакомец Владимир Ленский! Общество движется по спирали. XVIII век, век тяжелого философского и литературного цинизма, излился кровью и иссяк. На его руинах, где-то в Йене, затеплился робкий огонек романтизма. Отторжение от материализма, с издержками, с чрезмерной увлеченностью кошмарами и ужасами, с не всегда здоровым интересом к загробному существованию, было, тем не менее, целительным. Два века спустя, и тоже на рубеже столетий, и тоже оборачиваясь на неприглядное родительское наследство – культ потребления, разврат и постмодерн – часть молодежи не хочет выбирать пепси. Готика – это не направление, сложившееся вокруг той или иной музыкальной моды, это – одно из мироощущений с доминантой высших смыслов жизни над обыденностью. Но попробуем предоставить самим готам возможность поведать о себе.



Броунинг вместо телевизора



В Интернете некая девушка, англичанка или американка, но, во всяком случае, ветеран движения, предлагает длинный список утверждений, тестирующих собеседника на принадлежность к готической субкультуре. На некоторые из них нам стоит обратить особое внимание, оценивая новую волну, в которой плещется часть сегодняшней молодежи.

«Вы тратите массу времени на творчество, занимаясь музыкой, изобразительным искусством, поэзией, философией и литературой». Это утверждение стоит в списке под номером один и сопровождается энергическим комментарием: «Если это к Вам не относится, то вероятность того, что Вы гот, РАВНА НУЛЮ».

«Вы любите музеи и культурные центры». Само по себе недурно, а?

«Вы понимаете и любите читать Шекспира, Шелли, Броунинга или других сходных авторов». На нашей почве «сходными» будут Одоевский, Лермонтов, Бальмонт, да и много еще кто. Кстати, о почве. Наши пуристы станут говорить, что «готика» — движение чуждое, не русское. Какая может быть «готика» в стране, где нет готики? Вот не будем. Как же прозрачный мистицизм белых ночей Санкт-Петербурга? А «мавританско-готические» руины Царицына со связанными с ними роковыми тайнами — чем не подходящий фон, чтобы побродить по его дорожкам в черном плаще? А Сухарева башня, таинственный алхимик Брюс? А так никем и не расшифрованная роспись фальшивого купола в особняке на Колымажном дворе? Право, в нашей истории достанет вполне национальной таинственности, в сумраке которой любят бродить готы.

«Вы подлинно чувственная натура, глубоко осознающая цвет, вкус, понимание и звук».

«Вы часто задаете себе вопрос «почему?» и находите на него интересные ответы».

«Вы не боитесь непознанного».

«Вы боитесь быть посредственностью».

А вот, наконец, не последний пункт в перечне, но тот, на который хотелось бы обратить особое внимание:

«Вы не понимаете, почему люди тратят столько времени на просмотр телепрограмм».

Сколько говорилось о том, как вреден и ужасен плен, в котором держит нашу юную поросль телевизионный ящик. Сколько копий ломалось, как же их от него отвлечь? А в какой-то момент он стал им не нужен. Просто не нужен, и все. Можно, конечно, сказать, что роль телевизора взял на себя компьютер, да только это не совсем так. Если вы прилагаете столько сил к созданию собственного и особенного внешнего облика, вы никоим образом не согласитесь ограничить свое общение виртуальным пространством.



Орки и бенедиктинцы




Наблюдая в, так сказать, естественных условиях, за Д.Л., я не могла не заинтересоваться формами его досуга. (Которого не так много: вне каникул юноша учится по углубленно филологическому профилю, грызет языки и Аристотеля с Декартом). Интересным показалось, что специфически «готических» развлечений было не так уж много, однако их совокупность являла несомненно «готический» рисунок. Любимейшее — «Warhammer» (Молот войны). На первый взгляд — «ужастик», в действительности достаточно сложная стратегическая игра. Между прочим, не компьютерная! Фигурки для игры разрисовывают вручную и расставляют на столе. В «Warhammer» можно играть через и компьютер, если сложно собраться вместе. Но не более того. Далее, конечно, музыка. Классическая, фольклорная, собственно «готическая» тоже, но не в первую очередь. Д.Л. сам музицирует на нескольких инструментах. Из спорта — фехтование. Но тут уж нашему герою повезло, он всерьез занимался им с «доготических» лет. Теперь подумывает сменить спортивное на театральное, это разные фехтовальные школы, и вторая, понятно, «готичнее». Ролевые игры с друзьями, но они не приоритетны, о чем речь еще пойдет дальше. В комнате Д.Л. — огромные плакаты фильма «Властелин Колец». Толкиена готы, как правило, весьма жалуют.

Эта близость к толкиенистам и побудила меня, уже в Москве, расспросить некоторых из них об отношении к готам, уже, разумеется, нашим, российским. Результат поначалу обескуражил. «Готы — на руках колготы», «готы — идиоты», да «мы их держим за пустое место». Такой агрессивной иронии я никак не ожидала, а ведь, строго говоря, агрессивен всегда тот, кто чем-то уязвлен.

Поэтому и позволю себе предположить, что эта демонстрируемая толкиенирующими ироническая неприязнь к готам вызвана как раз некоторой ущербностью первых в сравнении со вторыми. Знания в области реальной древней истории человечества куда меньше котируются в толкиенистской среде, нежели знание обширных текстов этого писателя. Не нужна им и мифология, ведь для ориентации в их мире довольно знакомства с несколькими величинами: люди, гномы, эльфы, орки. Они обитают, по сути, в довольно плоском пространстве.

Надолго мне запомнилось, как однажды некая барышня-толкиенистка оказалась за одним праздничным столом с уникальным специалистом по Средним векам. Ни единого вопроса о доминиканцах ли, бенедиктинцах ли, о Чаше ли Святого Грааля, о Святой ли Земле… Ничего! Девушке оказался абсолютно не нужен неожиданно выпавший шанс расспросить о чем-то, что-то узнать. Она неумолчно трещала о «ролёвках», «ролёвках» и еще раз о «ролёвках». Нет, готическая девушка не показала бы себя такой дурой. Она покинула бы тот праздник с кучей новых познаний в голове.

Да что там Толкиен. Помнится, даже по Лукьяненко существовали какие-то ролевики, если, конечно, их не выдумал «Первый канал» в натужной попытке наведения пиара. До чего же это скучно и убого: жить в рамках, нарисованных каким-то одним человеком! Конечно, человек человеку рознь. Не в обиду будет сказано, жить в голове Толкиена интереснее, чем в голове С.Лукьяненко. Но все равно это вторичное, теневое существование. Готы же, хоть и любят сумрак, но в тени не живут. Они живут в культуре, и сами обучаются ее создавать. Толкиенист-переросток, не выросший из рубки на муляжных мечах — зрелище плачевное. Гот вырастет в гуманитария. Но это гуманитарий новой складки.



Духовный аристократизм



И вот для того, чтобы охарактеризовать эту складку, вернемся вновь к теме их внешнего вида. В Руане, перед собором, мы издалека увидели стайку готов, рассевшуюся на скамейках черными воронятами. (Кстати, приятно поразило, что ни у одного из подростков не было сигареты в руках). Человек десять, из них — две девицы. Одна девица была в длинной юбке, другая — в черных джинсах, но обе были в корсетах, скорей даже корсажах, поскольку красовались те поверх одежды. Что и позволяло убедиться, что шнуровка затянута всерьез, и даже очень всерьез, как в XIX веке. Талии барышень казались тоненькими, как рюмочки.

«А скажи, твои знакомые девочки тоже носят корсеты?» — спросила сына моя подруга по возвращении из Руана.

Отрок нахмурился, то ли припоминая, то ли, скорее всего, выражая неудовольствие от очередного погружения в сложности русского языка.

“Ah, bien sûr” (разумеется), — наконец изрек он.

Кто б сомневался. Как же можно уважающей себя юной особе да не затянуться до полуобморока? Тут мне и вспомнились давние слова одной очень пожилой аристократки: «Изысканность и комфорт в одежде не совместимы».

На первый взгляд кажется, что с этим афоризмом можно поспорить. Что может быть изысканнее античных одеяний, чрезвычайно удобных и простых? Минуточку! Главным одеянием и украшением обитателей Античности было самое тело, а не драпирующие его тряпочки. И тело это было натренированным в гимнастических залах и весьма ухоженным. А если бы туники и столы являли взору, подобно современным топикам и шортам, жировые складки и вялые мышцы, на изображения древних римлян и греков было бы так же тошно смотреть, как на большинство наших современников в жаркий день. Современный интеллигент всегда предпочтет свитер костюму-тройке, не станет ежедневно бриться, если можно отпустить бороденку. Говорит ли это о преобладании духовных интересов над материальными? Как бы. Это говорит только о физической расхлябанности, влекущей за собой расхлябанность духовную и нравственную. Ю.Лотман отмечает, что нынешний, по сути, облик интеллигента в России возник с выдвижением разночинцев в общественный авангард. В сравнении с физически тренированными, грациозными интеллигентами-дворянами, интеллигенты-разночинцы казались неуклюжими, неловкими, и, маскируя свои комплексы, возвели расхлябанность в культ. А уж на что похожи представители нашей сегодняшней культурной элиты! Какая шпана в какой подворотне матерится грязнее, чем эти властители умов?! Они самоуверенно дебатируют тему мата в литературе на телевизионных ток-шоу, они выволокли подзаборную лексику на сцену Большого. И это только на первый взгляд нет связи между их внешним стилем и их внутренней сутью. Аристократизм и комфорт несовместимы.

Недоросли, отринувшие комфорт ради красоты, несомненно, тяготеют к духовному аристократизму. Надо сказать, что упомянутая выше девушка, вне всякого сомнения, перегибает палку, в горячности декларируя, что все, кто воспринимает черный цвет как униформу, пьет, употребляет наркотики или не умеет «отличить нигилизм от экзистенциализма» — это не настоящие готы, а фальшивые, подделка, позор движения. Думается, дело обстоит иначе: практически любое поветрие в равной мере состоит из тех, кто представляет незамутненную идею, и тех, кто профанирует ее, демонстрируя только внешние ее признаки. Однако нельзя не признать справедливость некоторых ее рассуждений. Коль скоро готы – это молодежь, говорит она, среди них можно встретить все, что свойственно сегодняшней молодежи. Предоставленные, как правило, сами себе, они иногда вляпываются в суицид, экспериментируют с алкоголем и наркотиками, приобретают сексуальный опыт, которого стыдятся впоследствии. Поскольку у молодежи сегодня в моде татуировки и пирсинг, то все это встречается и у готов. Однако нет смысла, рассуждает эта умница, говорить о чем-либо из перечисленного, как о специфически «готическом».



Жуковского – к «сатанистам»!



В разноречивых статьях о «готике» перечисляются различные разновидности: «кибер-готы», «готы-язычники» и пр. Однако, скорее всего, корректно было бы отнести всех перечисленных к банальным панкам и оставить термин «готы» за теми, кто в подобных классификациях зовется «романтик-готы». Стоит помнить, что первые готы сначала называли себя «новыми романтиками», просто термин оказался неудобным и длинным.

Конечно, для большинства ныне «готующих» это увлечение пройдет без особых последствий, как хороших, так и плохих, будет сброшено, как сбрасываются, подобно старой одежке, все прочие молодежные моды. Некое влияние на культурный процесс окажет в будущем лишь незначительное количество повзрослевших готов, сливки этого движения.

Готы в России еще относительные новички, и, глядя на них, я не могу не испытывать некоторой тревоги. Некоторые наши ревностные не по разуму блюстители «чистоты Православия», из тех, что гонялись с оглоблей за Гарри Поттером, не сомневаюсь, узрев черные губы и черные ногти, поспешат объявить тотальную мобилизацию против этой юной поросли. К гадалке не ходи, ославят сектой сатанистов, внедренной на нашу территорию при помощи ЦРУ. Так и представляю себе, каких выводов они понаделают из одной только манеры готов бродить по кладбищам!

Вот только пусть не забудут записать заодно в «сатанисты» и Жуковского Василия Андреевича, он тоже этим занимался. Еще и элегии писал о таких своих прогулках.

Юности свойственно думать о смерти. Не переболев этим, она и смысла жизни искать не станет. Юность часто мрачна: а с чего бы ей радоваться, глядя на то, как изгадили мы мир, в который они вступают. Юности свойственно эпатировать и позировать.

Оставьте детей в покое, пусть играют. Это совсем даже неплохие дети.



Движение без лидеров



Мы отказались, в конце концов, от намерения проинтервьюировать конкретное физическое лицо готической складки. «Я не очень типичный гот, я не могу говорить обо всем движении», — это звучало почти как пароль, первой фразой. Гота, «ответственного» и «уполномоченного» держать ответ за количество человек, превышающее одного, не отыскалось. Все они не очень типичные, все гуляют сами по себе, и все, как ни странно, не слишком тщеславны. Что ж, для движения индивидуалистов, это, пожалуй, весьма естественно. Поэтому мы сформулировали свои вопросы и почерпнули ответы на них из готического Интернета. Так что собеседник наш — многолик.

Какова ваша, так сказать, среда обитания?

«Памятники истории, архитектуры и культуры достойны преклонения. Избрать местом своего нахождения старинные места скорби — значит, сделать их атмосферу частью своей поэзии…»

Противостоят ли готы современному обществу?

«Элитарные группы, подобные готам, не поддающиеся гипнозу пошлым масскульто, существовали во всех культурах в различных обществах.

Мы не хотим иметь в качестве идеала упрощенных и выхолощенных героев в «новорусских» римейках старых сказок».

«Мы хотим жить в дружественном и благородном сообществе, и намереваемся отказывать вороватой серости в праве вторгаться в нашу жизнь».

Среди готов много девушек. Но и готических юношей высмеивают за излишнюю женственность столь часто, что это сделалось уже общим местом.

«Гот не «дистрофик», не «одевается как баба» — это иная, интеллектуальная культура, ориентированная не на грубую силу, а на отточенность ума».

Каково место культуры в обществе? Речь, разумеется, не о status quo, а о том, как надлежит быть?

«Культура может и имеет право ограничивать Свободу».

Ну а каковы готические приоритеты?

«Всегда стремиться к большему (в жизни, музыке, творчестве), искать красоту даже в том мире, в котором ее нет. Пытаться изменить каждый серый, банальный день — внести в него эмоции и чувства путем музыки, стиля одежы, мейкапа (имиджа) и других источников. Знать правду и мрачно иронизировать над ней (принцип таков — “Die laughing!”(Умирай улыбаясь!). Переплавлять все свои эмоции, как позитивные, так и негативные — боль, отчаянье и подобные, в жизненную энергию».

И все же — чем грустные эмоции «созидательнее» веселых?

«Готы сохраняют холод своих эмоций. Готы не слабеют от грусти, мрачности, депрессии, а находят в этом свою радость, энергию и силу. В радостной музыке нет силы для готов, так как радость — проста, в то время как внутренняя сосредоточенность, холодная грусть и ирония имеют сотни оттенков. Для сохранения своих эмоций нужен постоянный поиск чего-то настоящего — в жизни, музыке, искусстве…Готы постоянно ищут то, что стимулирует чувства и позволяет погружаться в свой мир».

© Издательский дом "Наше время"
Все права защищены
(495) 951-39-05
Правовая информация об ограничениях
Обмен ссылками Designed by KaSpY Studio
http://www.kaspy.ru