В отличие от некоторых, я просила сслова у троих людей сразу. Поэтому — 21 слово, нигде ни разу не совпало, ага.
Слова в алфавитном порядке, где чьи - не скажу.
Честно предупреждаю: там многабукаф.

Босиком — самый удобный и естественный способ ходить. Во-первых, невозможно вымочить или там стереть ноги. А во-вторых… это такие ощущения.
Ну и без непоняток, понятно, не обходится. А как это ты так, а зачем, а что такое вообще. Ну да уже привык.)
Влюбляться — о да, замечательное занятие. Вообще влюблённость — это такое привычное и нормальное состояние, влюбляюсь постоянно и раз за разом, в особо запущенных случаях — раз за разом в одних и тех же.)
Всё остальное человечество — ммм. Повод для равнодушия. Никак не отношусь к человечеству в целом, только — к отдельным людям.
Впрочем, верю, что хороших людей больше, чем плохих. Леди Трасса пока подтверждает.
А иначе жить неинтересно.
Дороги — ну да. Способ существования. Каждый раз, выезжая из города: о Эру, наконец-то! В дороге даже и тело становится каким-то нетребовательным, может по суткам не есть и не спать. И при этом замечательно себя чувствовать. Стихия — это всё-таки стихия, да.
А ещё мне очень важно осознание того, что я всегда могу встать и уйти куда-нибудь далеко, даже если полчаса назад и мысли об этом не было. Тоже по-своему свобода.
Живая мимика — а здесь я передаю привет Леди и Асе. Ибо я в связи с этим словосочетанием в первую очередь вспоминаю воооон ту женщину из эпиграфа. Вот уж у кого — мимика.
Ну и по мелочи: пафосное поднимание одной брови, которое всех так смешит, ехидная улыбка половиной рта, то маленькое правило, которое я вечно забываю, — что при чтении стихов нужно активно шевелить губами…
Идеальный мир — а вот это что-то вообще такое, чего я, честно говоря, себе не представляю. Ну как мир может быть идеальным? Не очень понимаю, ага.
Иностранные языки — *перекрестился левой пяткой* Это то, что я сейчас учу. Потому что больше ничего не умею всё равно.
Мне вот сейчас начинает казаться, что я занимаюсь именно тем, чем должна. Пусть оно окажется правдой, а?
Ленты — я не знаю, что оно тут делает, но ленты — это красиво и образно.
Неординарность — иногда мне говорят что-нибудь в духе «ты необычный человек». Удивляюсь.
Обнимать — *пропущена тонна междометий* Ох, Эру. Нежно любимое занятие. Впрочем, по ссылочке из предыдущего поста всё понятно, наверное.
Последний поезд метро — как образ оно несказанно романтично. Как событие… временами тоже. Когда успеваешь, особенно в последний момент. Или когда, не успев, можно дойти пешком, через сверкающую питерскую ночь, под его чернеющим небом.
Впрочем, трудно забыть тот раз, когда я ночь сидела на Ладожском, опоздав на метро, да. Кстати, от Ладожского я и сейчас никуда не доберусь без транспорта. Заблужусь же к чертям собачьим.
Приключения — состояние опять же, это туда, к дорогам. Образ жизни. Собственно та вещь, без которой жить было бы скучно; а я боле всего на свете боюсь скуки, честно говоря. Я люблю ощущения, люблю события — и постоянно боюсь чего-то не успеть.
Путешествия — дороги плюс приключения.) Господи, как же я мечтаю о нормальном рюкзаке и собственной палатке, а. Кто б знал.
Расстояния — вёрсты и мили. У кого из читающих это нет друзей где-то там за энное количество километров отсюда — первый кинь в меня камень.
Я как-то уже это и воспринимаю как нечто абсолютно нормальное.
Родство — ещё один привет Асе. Боже-боже, как хорошо жить, когда все твои старшие родичи — где-то там, за эн километров! Никто не потребует приходить домой в восемь или там в одиннадцать. Никто не будет пилить по поводу «да как ты можешь не учиться!». Никто не отгонит от компьютера…
А ещё Асенька, да. Знаете, когда я понял, как я её люблю всё-таки?
Когда уехал в Город.
В общем, хорошее дело браком не назовут.
И да, я помню, что родство бывает ещё и в менее прямом смысле. Но и с этим как-то не сложилось. Может, потому, что и узы крови никогда ничего особенного не значили. А может, просто потому что.
Любовь с первого взгляда — знаете, я очень часто уже при первой встрече понимаю, что человек «мой». Та лёгкость в общении, нахождение на одной волне.
Но любовь с первого взгляда у меня одна, и никого больше я никогда так не любила.
Это Город, конечно.
Свечи — вредная привычка. Помогают, когда плохо, о них можно греться, и от них хорошо. Но никогда горящая свеча не поможет мне выбраться из истерики. Скорее переведёт в затяжную стадию. Жертва же.
Серый — я даже и не знаю. Серый — боле символ, нежели цвет. Серый как символ не вызывает вообще ничего. Ах да, серым часто называют Город. Но это же неправда. Город — синий.
Снисхождение — ой? Малознакомая вещь. Слабо даже и понимаю, что такое; то есть понимаю, но вообще, а не для себя лично.
Уверенность — а вот это да. Одна из мантр, которые мне долго повторяла мама, пока до меня наконец не дошло до самой: пока ты сам знаешь, что ты лучше всех, — ты никому не обязан это доказывать. Пока сам о себе думаешь хорошо — чужие мнения не нужны.
А значит, всё равно, что подумают всяческие малопонятные «люди».
Идём и делаем.
Чужая жизнь — и тоже да. Слушать. Слушать о том, как живут другие, и слушать с удовольствием. Я немножко накх. Я люблю чужие жизни, я люблю, наконец, и людей, которые умеют рассказывать и которым есть что рассказать. Я рядом с такими готова часами молчать и только задавать наводящие вопросы.