Служба забытых цитат: протопоп Аввакум о том, как его били прихожане

Один мой приятель, решивший решивший почитать что-нибудь по истории, и взявший книгу про восемнадцатый век, удивлялся жестокости казни священника в царствование Анны Иоановны: "Это когда в Сибири самозванец Алексей Петрович появился, и этот местный священник дал себя уговорить молебен во здравие государя этого отслужить. Ну и, натурально, что этого царя Алексея, что священника - обоих на кол".

На самом деле казнь самозванца Миницкого и священника с цинично-подходящей фамилией Могила в 1738 году хоть и была последним официально произведенным посажением на кол в России - все-таки вовсе не уникальна. Замечу кстати, что казнили их даже не в Сибири, где вообще за удаленностью что хотели, что и делали – на кол они сели в Ярославце Киевской губернии.

"Почему-то казалось, что всё же иное было к духовному сословию отношение..." - объяснял свое недоумение приятель, а я скажу ему: "Ничуть". Это сейчас, после отделения церкви от государства, отношение к священникам стало настороженно-диковинным, как к чему-то уникальному, не подлежащему смешиванию с обычными людьми. А тогда священник тогда был точно таким же рядовым "государственным служащим", что и другие мелкие чиновники. Соответственно, и кнутом их били, и ноздри рвали, и по этапу гоняли, и, естественно, казнили.

Причем подобное панибратственное отношение было характерно не только для государства, но и для простых людей.



Прихожане со священниками тоже не церемонились, достаточно вспомнить «Житие протопопа Аввакума», где он подробно рассказывает, как его не раз и не два били смертным боем за строгость и нежелание потворствовать всяким «шалостям» своих прихожан. Помните?

Аз же сволокся к Москве, и божиею волею государь меня велел в протопопы поставить в Юрьевец-Повольской. И тут пожил немного, - только осмь недель: дьявол научил попов, и мужиков, и баб, - пришли к патриархову приказу, где я дела духовныя делал, и, вытаща меня из приказа собранием, - человек с тысящу и с полторы их было, - среди улицы били батожьем и топтали; и бабы были с рычагами. Грех ради моих, замертва убили и бросили под избной угол. Воевода с пушкарями прибежали и, ухватя меня, на лошеди умчали в мое дворишко; и пушкарей воевода около двора поставил. Людие же ко двору приступают, и по граду молва велика. Наипаче же попы и бабы, которых унимал от блудни, вопят: "убить вора, блядина сына, да и тело собакам в ров кинем!" Аз же, отдохня, в третей день ночью, покиня жену и дети, по Волге сам-третей ушел к Москве.

Специально, чтобы пресечь побои священников прихожанами, был принят закон, который предусматривал строгую кару за это - особенно если в драке с попа сбивали на землю скуфейку. Но наш народ ко всему приспособится!

Попа неожиданно хватали под руки, аккуратно снимали шапочку, вешали ее на забор, а потом все равно били.

Что же до времени, то это сейчас XVIII век представляется галантным временем напудренных париков и подчеркивающих достоинства мужских рейтузов. На самом деле время было лихое, и восемнадцатый век – прямой наследник действительно совершенно отмороженного семнадцатого века, самого, может быть, страшного века нашей истории. Из под нахлобученных треуголок за насильно бритыми мордами явственно проглядывали все те же косматые разбойничьи хари из XVII века, для которых кровь людская была та же водица.

Напомню, что в XVII веке, чтобы хоть как-то сбить страшную волну анархии, гулявшей по стране, и навести хоть маломальский порядок, было принято Уложение 1649 г. Принято Алексеем Михайловичем, тем самым, что самолично бил по мордасам седобородых бояр, публично матерно ругался, но на фоне царивших тогда нравов остался в памяти народа «Тишайшим».

Уложение это, замечу, известный правовед Строев называл «чудовищным, кровожадным и до невероятности свирепым».

https://vad-nes.livejournal.com/572277.html