[560x420]
Он шел, оставляя за собой жаркий след. Его путешествие обернулось неожиданным то ли даром, то ли проклятием…


Еще несколько дней назад, он был обычным светло-серым невзрачным драконом, подростком, с нетерпением ждущим, когда наконец он сможет занять место в Большой Стае. Так уж повелось в его клане, что до определенного дня, все дети были одинаковые: светло-серые, невзрачные… кто-то, случайно чихнув, иногда мог подпалить сухую ветку… ни о каких особых талантах речи не шло. Когда наступит этот день – заранее не мог угадать никто. Просто однажды, кто-то из молодых драконов исчезал из клана на несколько дней, и возвращался наделенный Даром. Кто-то становился повелителем стихий, кто-то получал возможность управлять разумом живых существ, некоторые становились хранителями этого мира. У каждого была своя дорога.

Конечно, он знал, что день, когда он обретет собственный неповторимый облик, когда в нем проснется его Дар, скоро настанет. И даже иногда мечтал, как он возвращается в родное гнездо поблескивая холодным голубоватым светом, как с трудом пробирается между камнями в свою пещерку, потому что он стал большим, очень большим ящером. Он мечтал стать ледяным драконом, грозным и неприступным, которого все боятся и потому при встрече почтительно уступают дорогу.

А вчера он почувствовал, что этот день пришел. Что его первая победа уже ждет его. Она там, в долине, зовет и манит, переливаясь голубыми искорками. Не в силах противится этому зову, не обращая внимания на умоляющий взгляд матери и нахмуренные брови отца, он торопливо полетел в долину. С высоты она выглядела маленьким зеленым листком, чуть объеденным с краю голодной гусеницей, в ясный день была видна и сама синяя гусеница-река, стекающая с северных гор и лениво уползающая в леса, темнеющие на горизонте. Молодой дракон не раз бывал в этой долине. Там даже было его тайное укрытие, образовавшееся среди корней огромного старого дерева, когда река, в очередной раз разлившись, унесла часть берега с собой.

Опустившись на знакомом берегу, дракон решил сначала заглянуть в свое убежище. Среди переплетенных корней было темно и тихо. Там в самом дальнем уголке лежали его любимые сокровища: кусочек голубого стекла, напоминающий ледяной осколок; большое синее перо какой-то птицы, найденное в прошлом году и несколько золотых монет. Иногда дракон представлял себя, живущим в покинутом людьми ледяном замке, где посреди главного зала рассыпались бесчисленные сокровища (о том, КАК эти сокровища могли попасть к нему Дракон предпочитал не задумываться), сверкающие золотые монеты и украшения с синими и голубыми камнями, а в большой библиотеке сохранилось множество книг, которые делились бы с ним своими знаниями. Дракона всегда привлекали людские сокровища и книги. Но расспрашивать своих соплеменников он не решался: его клан сторонился любых контактов с чужаками, будь то люди или эльфы или кто-то еще…

Пока Дракон в очередной раз любовался своими сокровищами, на берегу послышалась возня, приглушенные вскрики, потом глухой удар и всплеск. Насторожившись, Дракон подобрался к выходу и выглянул. По берегу в сторону гор удалялись два человека. Они о чем-то спорили, но шум воды мешал разобрать слова. Дракон наблюдал за людьми, пока они не скрылись за прибрежными кустами. Подождав еще немного, он решился выбраться из-под корней. Он очень хотел пойти следом за теми двумя. Просто издали понаблюдать за ними, ведь это были первые люди, виденные им так близко. Он хотел послушать их разговор, может он смог бы узнать знакомые слова. Раньше у них в стае жил серебристый дракон, который знал язык людей и эльфов, и к которому он бегал послушать истории, так не похожие на обычные драконьи сказки.

Пока он стоял, нерешительно посматривая в ту сторону, куда удалились люди, вниз по реке скользнула тень, длинная и темная. Дракон сначала не обратил на нее внимания, ведь ни одно животное не было для него угрозой. Насторожился он, лишь когда через несколько мгновений до слуха донеслись отчаянные крики. Дракон расслышал и понял только одно слово: помогите! Не раздумывая ни секунды, он бросился туда, откуда неслась мольба о помощи. Через минуту перед ним открылась картина борьбы водяной змеи и … не может быть...! мальчика, человеческого мальчика. Мальчишка отбивался из последних сил, держась руками за ветку, и колотя ногами по плоской треугольной голове, стараясь не дать этой твари обвиться вокруг него и утянуть в холодную воду. Дракон подоспел во время – руки мальчика вот-вот были готовы разжаться и отпустить спасительную ветку. Одним точным ударом Дракон отбросил змею на середину реки и теперь кружился над ней, показывая, что мальчик – его добыча, и ей лучше поискать счастья в другом месте. Признав право сильнейшего, водяная тварь растворилась в глубине. Дракон вернулся к мальчику. У того еле хватало сил не свалиться в воду. Поняв, что ему не привиделось, и перед ним настоящий взаправдашний дракон, опаснее самой опасной змеи, мальчик отказался от сопротивления и закрыл глаза, моля богов, чтобы все закончилось побыстрее. А потом, не выдержав всех испытаний уходящего дня,
он потерял сознание…

Эту ночь дракон провел в своем укрытии, стараясь своим теплом согреть человеческого ребенка, не дать ему уйти туда, откуда потом никто не возвращался. Дракон жалел, что нет рядом никого, кто мог бы помочь. Он должен был рассчитывать только на собственные силы. Неподвижное тело становилось все холоднее, и Дракон понял, что сейчас помочь сможет только настоящее живое пламя. Хотя бы небольшой костерок. Только огонь способен прогнать смертельный холод и заставить маленькое сердце забиться быстрее. Но где же его взять? Он попробовал дыхнуть пламенем, как полагается делать любому представителю драконьего племени, но у него ничего не получилось. Он не умел этого делать. Он повторял это раз за разом, но ни одна попытка не принесла результата. Дракон был уже в полном отчаянии, когда вдруг перед его мысленным взором пронеслась картинка – лежащий на груде золотых монет синий дракон, в котором он видел себя. Разозлившись, проклиная эту холодную ледяную ящерицу, не совсем уже понимая, что он делает, Дракон перечеркнул картинку двумя огненными струями, синий дракон зашипел и растаял. И тут же, оглянувшись вокруг, увидел бушующее красное пламя. Оно уже поглотило дерево, давшее им приют, грозило перейти на соседние кусты. Но странным образом не приближалось ни к самому Дракону ни к мальчику. Мальчик! Дракон опустил глаза и взглянул в его лицо. Со щек сходила мертвенная бледность, холод отступал, с ним отступала и смерть. Это была победа! Чувство радости охватило ящера, он с триумфом расправил крылья. Пламя, словно живое, отодвинулось, чтобы не коснуться того, кто теперь стал Повелителем Огня. Потом Дракон понял, что может не только порождать огонь, но способен управлять им, и даже гасить его, если захочет.

Наступал новый день. Восходящее солнце осветило берег. Вместо старого дерева, скрывавшего пещерку среди своих корней, торчал обугленный остов, черный, еще дымящийся, но уже остывающий. А рядом неподвижно лежали двое: мальчик и Дракон. Мальчик спал крепким сном, а Дракон пристально смотрел в его лицо, еще не веря, что смерть не захочет снова забрать ребенка, как только он закроет глаза. Дракон еще не верил, что это случилось, что он сам перечеркнул свою ледяную мечту, что ради спасения чужой жизни он отказался от манящего холодного блеска, и стал жарким Огнем.

Снова послышались голоса. На этот раз людей было много, Дракон чувствовал, что эти люди ищут спасенного им мальчика, и они не причинят ребенку зла. Что ж, ему пора было уходить. Дракон осторожно отошел в сторону и взлетел. С высоты он видел, как несколько человек подошли к мальчику, один из них упал на колени и закрыл лицо руками.

Пора возвращаться домой, теперь он будет полноправным членом Большой Стаи.