С Василискиной весело, потому что:
-с ней можно гулять по зимнему ветреному пляжу, в два голоса орать "...так пусть же Красная, сжимает властно, свой штык мозолистой рукой" и она знает слова.
-она помнит, что "Будильник" был в девять, "Утренняя почта" в одиннадцать, "Музыкальный киоск" в час, "Служу Советском Союзу" в десять, "Международная панорама" в шесть, а "Сельский час" это, вообще, мура какая-то.
-она разлагающе действует на местную фауну в лице котов. После разговоров с ней, коты ведут себя разнуздано и безобразно. Кувыркаются, болтая в воздухе всеми четырьмя лапами. И орут мечтательно. А я их фотографирую. За лето столько компромата набралось...
-она может позвонить мне вечером в пятницу и потребовать: "Спой мне!".
И хотя я пою, как Шелдон танцует, то есть даже теоретически не допускаю существования параллельной вселенной, где могу петь, но...
Кстати мысль о Шелдоне и подсказывает репертуар. Пою ей "Тёплого котёнка".
-Хорошо! - говорит Василискина. - Можно я поплачу? Какой там котёнок был? Жалкий?
-Тёплый и пушистый, тетеря! - возмущаюсь я.
-Это хорошо. - покладисто говорит она. - Тогда спой мне ещё раз...
Я вот только боюсь, чтоб с песнями не вышло, как потом у Пенни с Шелдоном