Она пришла домой. Дома были гости, их неудержимое веселье охватило ее с ног до головы, в глазах на минуту все смешалось, события, раздражавшие ее весь день показались пустяками….Она радужно улыбнулась гостям и присоединилась к их веселью. Гости пили и закусывали, и ей как хозяйке праздника приходилось тоже пить и закусывать, хотя по правде говоря любила она только второе, была так сказать любительница хорошо поесть; но гости есть гости, положение обязывает.
Она улыбалась, иногда даже задорно, как ей свойственно в непринужденной обстановке, смеялась, заражая своим смехом окружающих. На взгляд постороннего человека, коими были гости в данный момент, все шло просто замечательно, хозяйка рада гостям, она ведет со всеми милую беседу, угощает так, что можно наесться на неделю вперед.
И надо быть настолько наивным человеком, что бы подумать, что все действительно столь прекрасно как видят себе эту картину гости. В ее душе творилось что-то среднее и совсем неопределенное: в ней как будто проснулось цунами, зародился ураган, все это усугублялось потоками спиртного, которое гости пили с ней за ее здоровье. Ей хотелось штиля, тишины и спокойствия, тихонько полежать в ванной с апельсиновой пеной и сделать маску из огурцов, почитать на ночь пару статей из любимого журнала, окунуться с головой в свои порой нереальные мысли о спокойствии. Именно об этом она мечтала по дороге домой.
Но увидив гостей она была просто вынуждена забыть о тетке в троллейбусе, которая наступила ей на ногу, а потом еще и обматерила ее за яркую, на ее взгляд помаду, про глупого водителя, который обрызгал ее на светофоре, про продавщицу мороженного, которая не дала ей сдачу, для них обеих это был вопрос принципа, а не денег. Все это показалось ей сущими пустяками, когда она увидила толпу гостей, жаждущих общения с ней.