1.

Листаю "Записные книжки" Венедикта Ерофеева. Давно не читал. После его смерти мне предоставилась честь разбирать Венины тетрадки. Собственно, зимой в Абрамцеве, где он жил с Галей, незадолго до своей кончины, он про это сам меня и просил. Редактировала их для нашего издательства Таня Бек. Но это отдельная история.                                   

Сейчас читаю и ловлю себя на мысли, что Венедикт Васильевич - непревзойденный мастер слова, конечно, был гениальный придумыватель мемов для твиттера - коротких, злых и циничных -  смертоносные сообщения - как он сам про них пишет. 

 

Вот пример самых и не самых длинных твитов Венечки (обычно они в 1-2 строчки):

 

2.

Какой-то иностранец (1825) доносит на Запад, что при коронации Николая I в Москве "мужиков было задавлено на 8000 рублей".

 

***

Кто бы ни был прав - Библия или Дарвин - мы происходим, стало быть, или от еврея или от обезьяны.

 

***

Если б в 45 г. мы двинули бы дальше на Запад, дошли до самых западных штатов США, то по типу Суворов-Рымникский, Потемкин-Таврический, Дибич-Забалканский, маршал Жуков звался бы Жуков-Колорадский.

 

***

Спала по утрам, а по вечерам формировалась как женщина

 

***

Таня  Обухова  - не интеллект,  а все остальное на "и": инфантильность,

изнуренность, идиотизм.

 

***

Поспешишь - блядей насмешишь.

 

***

Есенин, утонул в 1925 г.

 

***

И улыбка познанья светилась

На счастливом лице дурака.

 

***

Жил в Одессе маленький хроменький шибздик Яшка и все ходил на костылях,

и   вот  приехал  в  Одессу  большой-большой  доктор  и  говорит  маленькому

хроменькому  шибздику Яшке:  "Слушай-ка, маленький  хроменький шибздик Яшка,

брось ты  свои костыли и ходи нормально". И бросил Яшка свои костыли, ступил

один шаг, ебнулся и дух отдал.

 

***

Лишить нашу Родину-мать ее материнских прав.

 

***

Дубовая демократия взамен стального единства

 

***

А что нам с этих трехсот грамм будет? Мы же гипербореи.

 

***

 - Это кто тут у вас, Ерофеев, все стреляет? - спрашивает она.

 - Это Амур, - отвечаю, - стреляет мне в сердце, жестокая девушка.

 

3.

Тетрадки, в которых он писал были школьные, общие на сорок восемь листов, штук 10 - 12. Они стояли гурьбой на отдельной полке там же в Абрамцеве.

 

Читать его рукописи было очень просто и приятно, приятнее чем в напечатанном виде. Этому способствовала одна немаловажная особенность Вениного почерка. Я уже рассказывал про неё раньше и даже публиковал в качестве примера его автограф. Все буковки он писал порознь и они стояли в словах как нарисованные, похожие на синие побеги каких-то экзотических, неземных растений.

.