Потряс сегодня Ганапольский, который Матвей. Давно чего-то я его не слышал, а с утра включил Эхо Москвы и попал на его передачу. Минут шесть он просто трепался, вспоминал, как зовут соведущего и несмешно шутил. Потом пообещал кинуть Пикуленко (тоже такой ведущий – в высшей степени депрессивный) тостер в ванную, чтобы тот погиб в страшных муках. И все в таком духе. Так же легко принял звонок от инвалида-колясочника. Тот жаловался на милицию. Матвей долго не мог запомнить его имя. «Мы, понимаете, как вас там… Женя. Да, мы, понимаете, радиостанция, людей у нас мало, мы не можем помочь вам. Но мы можем обратиться к милиции. Мы к вам обращаемся. Не обижайте инвалида.» Слушать было унизительно. Я представил себя на месте Жени. Я представил себя на месте милиционеров. Первый будет страдать – потому что его лишили надежды и веры, вторые будут весело гоготать и при случае инвалиду напакостят. Можно не любить Соловьева, но тот с азартом берется помочь людям, добивается, громит зло. Кстати, очень часто проверяет, как обстоят дела в тех случаях, о которых рассказывал. Вот обиделись на Эхе, что он обозвал их радиостанцией сбитых летчиков. Но Ганапольский вообще сбитый летчик на пенсии. Злобность его какая-то болезненная. А мне нравятся по-хорошему злые люди. Проблема какая-то с ним:(