Несмотря на частые спонтанные стояки и мечты о сексе, в начальных классах я хорошо учился. Без троек. Да, и без четвёрок. В общем, до середины третьей четверти третьего класса я был вообще отличник ниибаца. А секрет был простой. Учительнице нашей было лет немного, и всё у неё, особенно задница было зашибенное. Это даже директор понимал. Потому что я, как лучший специалист по стоякам сразу приметил, что он себя в её присутствии ведёт не так как обычно, и в штанах торчать начинает, несмотря на пузо и зеркальную болезнь (если кто не знает, расскажу, что это такое).
Отвлёкся я немного, сори. Короче говоря, я же упоминал о сваей коллекции порно-кассет? На одной из кассет, видимо частной, я узнал нашу любимую учительницу. А что там было, нифига не расскажу, потому что, как только я узнал её, мы с ней заключили договор, что я буду отличник, а она сохранит репутацию, и никому не скажу, что на кассете она совсем голая, и восемь мужиков тоже неодетые. Я нифига не учился до третьей четверти, мог не ходить на уроки и даже на контрольные, но у меня были одни пятёрки. Хоть и пишу до сих пор с ашыпками, некоторые думают, что это специально, в духе падонского времени. А нифига, спасибо первой учительнице.
Но однажды директора она видимо просто за##ала и её уволили. Было это в феврале, а в школе была традиция принимать лучших учеников в пионеры 23-во февраля. А остальных дебилов и полудаунов – в день рождения дедушки Ленина, это где-то в мае кажется. И мне объявили, что я в число везунчиков не вхожу. А ещё за то что я громко возмущался, порвал стенгазету и дал в ухо одному пидарасу, который показал мне язык, моих родителей вызволи к директору. Вот дебилы! Пришёл папа, выслушав все обвинения, и произнёс речь, короткую:
- Бля, у моего пацана одни пятёрки нах! Вы его должны были ещё осенью пионером сделать. А то что он возмущался матом, так хуле, если вы его сами научили, ваша школа нах. Или думаете, бля, это я, его родной отец, интеллигентный слесарь шестого разряда научил, а? А то что он драться стал, так это да, я его научил, потому что нам, пролетариату, надо драться за свои права, так даже Ленин учил. Без этого даже революции не было бы. Или вы имеете что-то против линии политики нашей коммунистической партии? И пахан встал в стойку, будто собрался с директором драться. А директор хуле, куда ему с зеркальной болезнью против линии партии и пролетариата, сдался. Извинился даже.
Короче, приняли меня, как всех отличников, в пионеры в день Советской армии.