***
Снег хрустел под ногами, как-никак середина декабря на дворе.
Странное ощущение дежавю не покидало ни на минуту.
Она уже была здесь, точно так же, как в тот день, с небес сыпались
крупные хлопья, веселились соседские дети, медленно рос от их усилий смешной
снеговик с грустными глазами - вишенками.
А она улыбалась, видя все это, поправляла свой капюшон и шла дальше.
Кто-то здесь ее уже когда-то ждал.
Нет, она не помнит, кто. В сознании остался лишь силуэт мужчины в больших белых перчатках
с одной алой розой в руках, слегка припорошенной снегом.
Девушка шла дальше. Звали ее Алекс. Такое простое, казалось бы имя, ничего особенного не выражающее.
Она была почти такой, как все. Почти. Светлые волосы, глаза небесного цвета, стройная.
Сколько таких по земле ходит?
Она была почти такой, как все. Почти. Больше никто так не умел улыбаться. Одними уголками губ.
Это всегда вызывало ответную улыбку. Ее глаза светились. Тебе начинало казаться, что ты счастлив.
Но счастье не может длиться вечно. Алекс уходила. Она понимала, что так будет лучше.
Эта девушка становилась наркотиком. Ее присутствие рядом вызывало зависимость, одна ее едкая фраза - дозой.
Так не могло продолжаться. Поэтому она уходила. Люди возвращались к своей прежней жизни, словно и не было
ничего, что могло бы разбавить их скучное существование.
Она шла дальше. В ее душе всегда была зима. Нет, не потому что у нее холодное или черствое сердце, нет.
Потому что Алекс любила снег. Когда в городе все дороги, дома и деревья одевались в белое, душа ее ликовала.
Не было большей радости и большего счастья, чем эти крохотные крупицы, так быстро тающие на ладони.
Обошла весь город, где выросла, где потеряла родителей, где осталась совсем одна, и поняла, что ее в нем больше ничего не держит, кроме одного дворика. В детстве она часто приходила туда, пряталась под деревянную крышу небольшого домика, сооруженного специально для малышни, и смотрела на то, как идет снег. Однажды к ней присоединился темноволосый мальчик.
- Что ты здесь делаешь? - тогда спросил он.
- Смотрю, как умирают снежинки, - девочке было очень грустно.
- Давай вместе смотреть.
- Давай...
И сейчас она пришла сюда только за тем, чтобы посмотреть, как умирают снежинки.
Чтобы проститься с городом навсегда.
Теперь ее ожидало что-то новое и неизвестное.
Но Алекс не хотелось этого нового. Она мечтала стать снежинкой и точно так же умереть.
Растаяв у кого-нибудь на ладони. Но на улице как назло было пусто.
Как в детские годы она залезла под крышу, теперь там было не так удобно: девушке показалось, что крыша уменьшилась от времени. Пришлось подобрать под себя ноги и усесться по-турецки на небольшой деревянной доске.
Снег залеплял глаза, иногда пробираясь сквозь щели в крыше, но было невероятно хорошо и спокойно.
Так прошло около получаса. Алекс не хотелось уходить. Она посмотрела на часы:
-Ну, хорошо, еще десять минут, всего десять...
Внезапно ее кто-то окликнул. В белом тумане стал вырисовываться мужской силуэт.
Последнее, что она успела разглядеть перед тем как потерять сознание, - большие белые кожаные перчатки, сжимающие завернутую алую розу...
[600x400]