[показать]***
Белыми птицами снег в небе кружится.
Медленно-медленно он на грустные лица ложится.
Кто кого потерял в этой белой пустыне,
Я не помню уже, но мы снова чужие.

Белый снег отделил нас от мира иллюзий.
И оставил опять умирать произвольно.
Мы скитаемся снова по свету безвольно,
Иногда лишь пугаясь разбитой посуды.

Белыми, словно мешки, облаками
Он залатал где-то трещины неба.
Мы виноваты во всех грехах сами.
Глупо вину закопать было где-то.

23.11.08
 

***
Паутина на нас с тобой разрастается слишком быстро.
Опускаешь ты вниз ладонь, извлекая оттуда сноп искр,
Чтобы чуть расковать движения.
Чтобы чувствовать притяжение.

Закрываешь глаза, и вновь кажется,
Что не сдвинемся с этой точки отсчёта уже никуда.
Только скоро уже паутина завяжется.
И умрем мы, не тронувшись, как от ржавчины поезда.

Онемевшие руки, онемевшие ноги, языки наши уже давно немы.
Мы не говорим друг другу ни слова, будто совсем незнакомы.
В голове чепуха, мыслей, как обычно ворох: доказательство леммы,
Элементы какой-то системы; снова ругань глазами, будто мы воры.

Мы украдены друг у друга посторонними сплетнями, переговорами.
И сейчас в паутине лишь наслаждаемся нам подаренным временем.
Так ли плохо то, что мы скованы, так ли долго мы будем верными,
Как на нас рассчитали те, кто заманивал в эту ненасытную прорву?

Открываешь глаза, и вновь кажется,
Этот сон не такой, как нам хочется.
Паутина уже не развяжется.
Это точно хорошим не кончится.

23.11.08

Мопс.

Ты лежишь на моих коленях,
Согревая мне душу с телом.
Я не думаю о проблемах.
Ты уснул, хоть и занят делом.

Ты игрушечная собачка.
Просто в жизни таких не бывает.
Ты послушный, играешь в мячик,
А игрушки ведь тоже лают!

Ты лежишь на моих коленях.
Я тихонько от счастья плачу.
Ты уснул, ты такой нелепый.
Ты не знаешь, как много значишь.

23.11.08