В колонках играет - Cypress Hill

Был в аду я нынче. Можно сказать намедни, но если совсем перестать кривить душой, то сегодня. Сначала он не манил меня своей таинственностью вовсе, я, можно сказать, его даже побаивался. Но, поскольку моя Неделя Трезвости началась уже с качественного нажора, я решил рискнуть, и, отмахнувшись от добрых флюидов и спихнув ангелочка с плеча, я поехал в самое пекло, прекрасно понимая, чем ето чревато.
Я знал, я почему-то, по каким то непонятным мне до сих пор причинам знал, что если и есть ад во плоти, ад на нашей грешной земле, я просто знал что он - в Гольяново. Спросите каково в аду, пусть даже и на земле? Там прикольно. Грязновато правда, так что без обуви особо не походишь, ето может быть как опасно, так и просто негигиенично. Также я знал, что встречу там знакомые лица, я всегда знал, что попав в настоящий ад, я устану пожимать руки знакомым в кандалах. И в етом импровизированном аду нашлись знакомые лица. Не сказать, что бы они мучались, но приходилось им, скажу я вам, несладко. Еще в аду много битого стекла и черепков от цветочных кашпо; пол устлан фиерическим количеством пустых бутылок разных калибров и цвета на сколько хватает глаз; часто на пути по кругам встречаются всяческие кожаные и латексные изделия. Среди всего етого бродит толстый кот, нежный, молчаливый, но одного взгляда ему в глаза достаточно, чтобы забыть о том, кто ты.
Я был в аду, меня пытали, но я жив и выбрался. Знакомых спасти я не смог, но хочу выразить спасибы тамошней сотоне и грешникам, разделившим мою сегодняшнюю участь.