Вот проходит мой бывший одноклассник с потерянным именем и натянутой шапкой, вдоль улицы курит кулак вонючей молочной бумажки, небрежно закрученной в трубочку, глупо смеётся и здоровается со мной откуда-то со спины. Вот, пошатываясь вечерней отрыжкой, плывёт обходными путями банка дряного пива в руках моего бывшего учителя физкультуры. В окне дымящих вписочных квартир снова свет и музыка. Там тоже мои старички-досковички, чьи номера телефонов я не помню вот уже несколько лет, и только новости В контакте оповещают меня о некоторых подробностях их тел и решений. Светомузыка. Нет, а вот в магазине, где я покупаю газировку, другой мой бывший school-mate с атрофированным взглядом протягивает сухую купюру сухой продавщице и она ему будет добра чёрно-белый (коричнево-бежевый?) хлеб и молоко "Домик в деревне", непременно полуторапроцентной жирности, чтобы попа не слиплась, но было вполне вкусно. И мы поздороваемся, поймём, что нам не о чем поговорить, подавимся покупками и наушниками, выйдем в одну и ту же скрипящую дверь и разойдёмся по разным подъездам.

И если хоть одна ещё дерзкая гнида начнёт со мной разговор о том, что вся наша бывшая команда "А" сторчалась, скурилась и представляет собой полный бесперспективняк, то я, наверное, плюну этому человеку в лицо, непременно попаду и этим жестом выражу то, что мне эта тема неинтересна.