- Барон! Мы привели пленного.
- Пленного?... Хм.. Давайте его сюда.
Двое мрачных конвоиров ввели в комнату оборванного и взлохмаченного человека.
- Как стоишь перед Бароном? - прорычал один из конвоиров. Пленный нагло харкнул ему в лицо и незамедлительно огрёб жестоких гвоздей.
- Отставить бить пленного! - вмешался Барон. - Оставьте нас одних.
Конвоиры вышли. Оплёванный утирался рукавом и что-то злобно бормотал.
- Садитесь, - Барон указал на кресло. Пленный сел и развалился в нём, как у себя дома.
- Как звать?
- Матвеем кличуть, - ответил пленный. Говорил он на невообразимой колхозной мове с калифорнийско-норвежским акцентом.
- Чем провинился?
- Я?!.. - лицо Матвея приняло обалдело-обиженное выражение. - Воны мене зохавалы, и ще пытають, чем провынывся! Мене, президента Незалежной Малой Украйны!.. Та не пишов бы ты до Лавкрафту, Кириенку чоботамы драты у кардан скризь три крэша та стояком вид хэту!
Барон пожалел, что электронный переводчик просран. "Эх, надо было учить албанский, как мне русские коллеги советовали..."
Взгляд Матвея упал на бутылку дорогого коньяка в серванте. Барон перехватил его взгляд и сообразил, что надо делать. Но едва он подошёл к серванту и взялся за бутылку, Матвей замотал головой:
- Що то за кака писюкава? А ты какадор, маляр чоботамы дратый! Ге!.. Був у нас у колхозе самогон - о це Дуду Трофей! Та й текила була... Ось кажи мене, какадор, за що мене зохавалы? Аусвайс мени Мойша намалював, сертификат та техпаспорт тудыжъ намалював, якого ж вам лысого Чубайсу ще треба?
Барон почувствовал, что общение заходит в тупик, и нажал кнопку под столом. Из стенного шкафа появилась лысая и страшная Бритни Спирс с подносом, на котором стояла бутылка чего-то прозрачного, два гранёных стакана и блюдечко с вонючими клопами.
- Цени, неблагодарный, - проворчал Барон. - От сердца, можно сказать, отрываю. Чистейший авиационный спирт, дополнительно очищенный стружкой. И самые красивые женщины... - тут он случайно взглянул на Бритни и ему стало плохо: та была в костюме Евы. Дико краснея и еле сдерживаясь, Барон полез за пакетом в ящик стола. Никакие перегрузки во время высшего пилотажа не могли привести его в худшее состояние, чем это воистину апокалиптичное зрелище. Матвей отнял у Бритни поднос и дал ей смачного пинка. Некогда звязда всея земли пендосской с тихим всхлипом улетела в шкаф и исчезла в нём.
- Эхехе, и чему вас только учат, - проворчал Матвей, разливая спирт по стаканам и высыпая на ладонь свою долю клопов. Это было последнее, что увидел Барон перед тем, как стукнуться головой о крышку стола...

... - И чему вас только учат, - недовольно бормотал Маргаритис. - Из-за тебя, сцабаки, пришлось ДТМ кинуть. За тобой ить глаз да глаз, не то просрём тебя, пендосскую рожу, аки молоток, и пропадёшь ты в этих болотах...
"Хренасе приснится же!" - подумал Тони Биренковен, лёжа на столе в грязи, цветочках и стружке, и дал себе слово больше никогда не пить водку (ну разве что с русскими коллегами) и не трогать Бритни Спирс, особенно на трезвую голову.