Пассажирский самолёт "Бройлер-747" падал на протяжении уже хрен знает скольких серий, запросто переплюнув по этим показателям "Санта-Барбару" и грозящий сравняться с оксюморонской эпопеей.
Мимо пролетали удивлённые б0кланы. Бройлер, глядя на них, печально вздыхал: когда-то он и сам был б0кланом, но потом ему ввели какую-то херню, от которой он начал неудержимо расти и покрываться металлом. А может быть, и не металлом, ибо стружка с крыльев была не похожа на металлическую.
"Интересно, сколько мне ещё падать? - подумал Бройлер. - Так, глядишь, через сто лет и Гай-до - литучый жолуть ис будущива беспесты - увижу..."

В туалете Тобиас Саммет самозабвенно грёб СиСи Кэпвелла на глазах у мисс Буркул. Ну перепутал, с кем не бывает.
Стюардесса в салоне танцевала вальс цветочков с Дэнни Каваной.
"А цветочки-то мои", - думал Ройне Столт, висевший под потолком. Прибор невесомости, скамунизженный в Цветочном городе, работал исправно.
Пассажиры, нанюхавшись галлюциногенного табака Мики Хаккинена, крепко спали. Не спал только многодетный немецкий еврей Хаим Гарольдович, ибо свойства этого табака были ему знакомы и он от него благоразумно отказался. Также не спал басист Ganassi Team Исроэль бен Спойлер, который привык к вещам покрепче табака. Увы, оба сидели в разных концах салона, а общению со стюардессой мешал Дэнни Кавана. Можно было, конечно, попытаться предложить ему выпить, но тогда возникнет риск выманить заодно и пилотов из кабины, а спиртного было мало и шло исключительно на протирку внутренней конструкции наскаровского валенка и басовых струн Исроэля.

- Мойша! Сколько нам осталось до земли?
- А хрен его знает, - Хаккинен покосился на книжку в руках Дикинсона: - Что это у тебя за художество?
- "Страйк Флэнкер". Не читал?
- А, про Су-34? Враки там всё. Не было в Оксюморонии никакой Кэт О'Кен, я там всех знал. И про штаб ни слова. Будь моя воля, я б тому афтару гвоздей хороших... И главного героя-то, сука, моим однофамильцем сделал, и пендосов приплёл...
- Ну это всё хорошо, - начал нервничать Брюс Всемогущий, - а сколько до земли-то осталось?
- Отставить землю! В салоне прибор невесомости работает. Правь на Нью-Йорк... хотя нет... на Вашингтон!
- Зачем тебе туда? Может, в Монте-Карло?
- Эрью жалко... Хоть и развелись мы, но по-хорошему всё-таки. Правь на Вашингтон! Устроим пендосам Холокойст!!! - у Мики явно начался приступ, и Брюс полез под кресло за табаком, но не нашёл.
"Вот же колбасит человека... Наверно, любил её сильно", - подумал Бройлер.
"Какая сука скамуниздила табак?" - подумал Дикинсон, вызывая радиста.
Радист Стив Морс пришёл через пять минут.
- Морзе, - обратился к нему Дикинсон, - идите в пассажирский салон и срочно достаньте нашу стюардессу. Заодно выясните, кто скамуниздил табак.
- Есть, сэр! - Морс покосился на лихорадочно бредящего Хаккинена и поскорее вымелся из кабины.

Кончив и отдышавшись, Тоби смыл СиСи в унитаз и протянул загребущие органы к мисс Буркул. Её спасло чудо в лице влетевшего Морса.
- Простите, что помешал... Вы случайно, табак из кабины не брали?
"А кто же, по-твоему, пассажиров-то нанюхал", - подумал Тоби, а вслух сказал: - Да сапогом нам ваш табак упёрся! Иди у Ройне цветочков попроси. Или спирту у Хуана-падлы.
"Спирт..." - подумал Морс, облизнулся и убежал тормошить Исроэля. Тоби почувствовал, что настроение упало. Мисс Буркул вырвалась и ушла вслед за радистом.

Вдали показался американский берег. Хаккинен достал револьвер и ампулу с йадом, приклеил Дикинсону характерные усики и начесал эмо-чёлку, а сам надел френч генералиссимуса и фуражку с советским гербом и заорал:
- За Родину, за Айртона... тьфу... умрём, но не сдадимся!!!
- Эээээйсеееес хааааай!!! - подхватил Дикинсон, выпив йаду из ампулы.

На следующий день все газеты мира вышли с заголовками: "Сталин и Гитлер атаковали Вашингтон".