Над серой седою равниною моря
Разносится пейсня про Игл Флай Фри,
Пендосский пилот капитан Биренковен
Икает два дня, а быть может, и три.
Приснилось ему, что на голой вершине
Далёкой высокой горы Лимпопо
Стоит и гниёт временнАя мойшына,
Опять не успев дотянуть до депо.

А где-то, где лёд Антарктиды не тает,
И айсберги ходят немецкой "свиньёй",
Сидит Маргаритис и горько рыдает,
Сшибая пингвинов замёрзшей соплёй.
Приснилось ему, что во льдах Антарктиды
Упал F-15, как пыльный мешок,
Хотел Маргаритис пендосскую гниду
Жестоко убить, но просрал молоток.

А где-то в болоте у озера Бодом
Сидит Мика Хаккинен, пьяный в говно,
И спит Брайан Литтрелл, разбавивший йодом
Метиловый спирт, но ему всё равно.
Приснилось им, будто на аэродроме
Рядов этак в двести, один за другим,
Вгоняя противника в ступор и кому,
Стоят и на солнце блестят сапоги.

А где-то не так далеко от Бабруйска
Разделывал выхухоль старый Эйч Пи,
В карманах его пятый день уже пусто,
И тщетно он ножик о камни тупит.
Приснилась ему Партизанка Максима
В чужих сапогах и с чужим молотком,
И лётчик пендосский, поющий уныло
"Когда я на поцте служил ямщиком".


[700x525]