"Кажется, всё это уже где-то было", - подумал Дэвид Кавердейл, стараясь не наступить на некстати развязавшийся шнурок.
Ковёр, по которому он шёл, был грязен и вонял рыбой. Кавердейла терзали смутные сомнения - а туда ли он идёт, куда надо, или его кто-то успел послать туда, где воняет рыбой?
На приковровом рогатом дереве висел Джон Бон Джови с йоршегом, торчащим из жопы. Рядом сидел Фернандо Алонсо и чувствовал себя Икари Синдзи ("Зачем ты пилотируешь Еву? Тебе всё равно никто не даст... Хехе! Боклан!" - звучали в его голове издевательские голоса Ричи Самборы, Мистера Вагины и Человека Оранжевого).
При виде Алонсо Кавердейл с отвращением сплюнул. Он не любил эмо. Да и кто ж их любит, нытиков.
Алонсо печально вздохнул, уронил слезу (а может быть, соплю), достал откуда-то замогильно ужасную некроперевёрнутую электрогитару "Урал" с двумя грифами и начал чесать об неё пальцы, всхлипывая и приговаривая: "Йа аццкей шредер!" От этих ужасных звуков Джон Бон Джови пришёл в себя и простонал:
- Шредер... кот... блондинко... на баш!...

За окном стоял холодный сентябрь, голодный мидбрат Шызикелла и насквозь промокший Типтон.
В студии было сухо, тепло и накурено цветочками. Под потолком прямо в воздухе висел ржавый топор, упёртый Сорумом у ДеМайо, ибо нефиг. Человек Оранжевый развалился в кресле. Мистер Вагина, увидев это, пришёл в ужас и теперь бегал по всей студии в поисках клея, дабы склеить товарища заново.
Сразу по возвращении из мирового тура в поддержку нашумевшего концептуального альбома "Инфернальный Йоршег" группа "Боян В Жопе" засела в студию для записи второй пластинки, являвшейся своеобразной данью тёмному прошлому Самборы. Альбом получил рабочее название "Мокрая И Скользкая Безмозглая Тварь" (в честь Slippery When Wet). В записи приняли участие Ферди Дёрнберг, Рик Джордан и Адриан Сутиль, который был на седьмом небе от счастья работать с двумя вышеупомянутыми монстрами, а также неизвестно как туда попавший Мэтт Сорум (по пьяни наверно) и Маркус Гросскопф, который вообще мимо пробегал. Сейчас никого из них в студии не было, зато был шкаф.
"А в тюрьме сейчас макароны дают", - чуть не вырвалось у Шызикеллы. Он почти угадал. Где-то там, куда направлялся Кавердейл, цвели те самые цветочки, выжимали сок из смайликов, пили его и воздавали хвалу Страйку Флэнкеру и Портеру Риксу...