Председатель Пьян Гиллан потянулся и икнул.
Начальник контрРОЗведки Ёксель прекратил ловлю таракана треснутой чашкой, налил в неё воды и поднёс председателю. Гиллан выпил и обвёл мутным похмельным взглядом присутствующих.
Прямо перед ним сидел Мика Хаккинен и невозмутимо наблюдал за метаниями несчастного таракана на столе. Возможно, этот таракан ему кого-то напоминал. Кривая полуулыбка Бодомского Маньяка и засохшие пятна крови на халате внушали Гиллану некий дискомфорт, поэтому он перевёл взгляд в сторону представителей ГФК.
Халаты Ленни Вольфа и Йенца Леонхардта были тщательно отбелены, отутюжены и накрахмалены, а лица бледны – у Йенца с бодуна, а у Ленни от испуга, ибо на лестнице на него выскочило какое-то чмо в противогазе и с птичьим гнездом на голове, ругаясь по-пендосски и призывая имена Кейта Муна и Джона Бонэма. Ленни к тому же был небрит, ибо единственную бритву в ГФК нагло з0хавал Грапов, дабы побрить ДиМео лысину, а если будет плохо себя вести, то и не только лысину. Гиллан всех этих подробностей не знал, посему поморщился и посмотрел в угол.
В углу сидел Блэки Лоулесс в сопровождении злобных косматых финских сонетаров Вильски, Роуты, Тундры и Б. Доминатора. Финны лениво ковырялись в носах, бородах и шевелюрах, а Блэки, прикрываясь от посторонних глаз марлевой повязкой, недобро позыркивал в сторону Хаккинена, боясь, не сболтнёт ли тот чего лишнего.
У дверей стояли компетентные органы – Глеб Типкин и К.К. Низоватый. Типкин хмурился, а Низоватый зачем-то пытался запихать порванную струну в отверстие оторванной пуговицы.
- Ну, - нарушил молчание Большой Пьян, - кто первонах докладётся об безобразиях происходящих?
Все молчали. Взгляд председателя упёрся в делегатов из Гамбурга.
- Встать! Почему не в полном составе? Вольф, где ваш второй зам?
Ленни открыл было рот, штобы ответить, но за него ответил Йенц:
- Поцыентов бреет, товарищ председатель.
Вся комната сотряслась от смеха. Дружно ржали сонетары, хохотал Мика, веселились Типкин и Низоватый, Ёксель сполз под председательский стол, а Ленни отвесил Йенцу неслабый подзатыльник.
- А што я такого сказал? – искренне удивился зам. Главврач ГФК махнул на него рукой:
- Не слушайте его, товарищ председатель. С басиста што возьмёшь, сами знаете…
- Я те покажу басиста, петух гамбургский! – возмутился из угла Тундра. Блэки пнул его под стулом: «Молчи, потом с ним разберёмся».
- Так вот, на чём я остановился… Повадились у нас из ГФК поцыенты бегать. Да и электричество вырубается периодически, хотя вроде бы приносим жертвы кому надо. А тут надысь узнаю, што Грапов пить бросил…
У всех присутствующих изумлённо вытянулись лица.
- Именно так. Ходил он, говорит, с добрым духом местным общаться, с покровителем эдгайцев, и привиделся ему маленький пушистый зверёк…
- Ятуркенженсирхив, - к чему-то брякнул Ёксель. Ленни не обратил на реплику внимания:
- Этот-то добрый дух и помог эдгайцам бежать. И звать того духа Дэйви. И они с Верховною Рельсиной сёстры по металлу… Как бы нам не прогневать их, да и других духов, злейших их. Не к добру, чую, ой не к добру они нами заинтересовались…
«Это ты ещё транслятор не искал», - насмешливо подумал Хаккинен, прочитав мысли компетентных органов. На лице начальника контрРОЗведки явно читалось то же самое. Блэки усмехнулся в повязку, а сонетары нащупали в карманах чудиков и заулыбались.
Ленни понял, што остался в меньшинстве. На всякий случай тоже полез по карманам. Найдя чудика, успокоился и внезапно сообразил, што делать.
- Дайте мне, товарищ председатель, хорошего специалиста по этим вопросам, дабы духи были милостивы к нему. И пусть Виликий Нихачуха изольёт благодать свою на…
Почувствовав, што Ленни понесло, Хаккинен подошёл к нему сзади, залепил рот пластырем, поднял на плечи и вынес из комнаты.
- Портер Рикс и Дуду Трофей вам в помощь, - заключил Ёксель, давая понять, што заседание окончено.