В колонках играет - Дуду Трофей

Андре Матосу было очень плохо.
Никакие таблетки не помогали. Рассол, как ни странно, тоже.
Бывший Великий Шаман боялся даже вспоминать, што было вчера.
В углу, среди пустых бутылок, в луже чего-то неприятно пахнущего крепко спал Нельсиньо Пике. Почему-то на нём было мокрое женское платье. Андре судорожно сглотнул, вспомнив, откуда оно взялось. Здесь же стояла крышка от рояля со следами гвоздей.
В окно просунулась страшная рожа Луиса Мариутти, измазанная к тому же болотной тиной. Зрелище было настолько экстремальное, што Матосу стало ещё хуже, и он, пошатываясь, побрёл к умывальнику.
Луису было ненамного лучше. Он едва не утонул в болоте, промочил ноги и наткнулся на самого Ктулху, которому со злости вломил бас-гитарой промеж глаз. Ктулху очень обиделся, скрылся в трясине и больше не вылезал, да и вообще не подавал признаков жизни.
Искать дверь было влом, и Луис влез через окно - так делали испокон веков все бразильские пинги. Увы, он не догадался посмотреть под ноги, наступив грязными сапогами на спину Нельсиньо и окончательно запачкав ему платье. Однакажъ хРЕНОвый Бройлер так и не проснулся, а только пробормотал во сне што-то про дядю Блёву и ахтунг.
"Где-то здесь должно быть чистое бельё!" - сообразил Мариутти и полез в шкаф. Из шкафа выпал Самосват. От неожиданности Луис отскочил на три метра и больше к шкафу приближаться не осмеливался. Взгляд его упал на дверную ручку - на ней висели шикарные красные галифе с каким-то значком. Басист протянул было к ним загребущие руки, но дверь вдруг приоткрылась, из-за двери высунулась рука и утащила галифе из поля зрения. Примерно через минуту появился Матос - в этих самых галифе.
- Дре! Твою налево, ты где такие штаны отхватил?
Вопрос поставил Матоса в тупик, ибо для того, штоб на него ответить, надо было вспомнить, што было перед тем... или после того?... как они с Нельсиньо вытащили из озера Бодом рояль с двумя утопленниками.
В это время в колхозе "Красный Назгул" Марк Жене и Лука Бадоер, пользуясь отсутствием начальства, по очереди пялили в тёмном углу трухлявого сарая Фелипе Массу. Они просто не смогли устоять, увидев его в кожаных штанах с заклёпками. Несчастный Мосядя уже охрип, но на его крики о помощи никто не реагировал. Откуда ему было знать, што Кими Райкконен ушёл пить с Хейкки Ковалайненом и Юккой Невалайненом, а Древний Хтонический Саблезубый Ш-махер сидел в болоте и, в свою очередь, пялил Сергея Владиленовича Кириенко, получившего басухой промеж глаз.