Джо ДеМайо вышел из дома и увидел, как по дороге что-то едет. Кажется, это был танк.
"Разве его не разобрали на запчасти?" - удивился ДеМайо. Башни у танка не было, но снёс её, помнится, ещё Феттель, когда был курсантом.
На броне сидел Хеньо Рихтер и рисовал страшную рожу. Рожа напоминала похмельного Биренковена.
Из люка высунулась чья-то рука, сгребла Хеньо за шкирку и затащила внутрь. Спустя две минуты Рихтер вылез обратно, обвязанный страховочным тросом, и продолжил своё занятие.

В студии было так накурено цветочками, что топор не висел, а порхал под потолком. Ройне Столт взял мухобойку и выгнал его в коридор.
- Необходимо реформировать Боян В Жопе в постоянном составе, - вещал Ричи Самбора. - В таких условиях, в которых мы ездили с ТрэшЪ Твою Мать, работать невозможно. Наш бывший звукач Зяма Иммельман постоянно вставляет нам какие-то палки в колёса: то крейсер с того света притащит, то тепловоз из прошлого вытащит. Сейчас, благодаря тому, что деятельность ТрэшЪ Твою Мать временно приостановлена, мы можем наконец начать работу над новым альбомом и подготовкой к последующему турне...
- Ты ебанулся, что ли? - Лео Леони развалился в кресле со стаканом. - Почему у тебя пиво тёплое? Как с тобой люди вообще работают? Где холодильник?
Холодильник стоял в коридоре. В нём сидел Ведж Антиллес и доказывал Хану Соло, что это не тот Мэдер, которого они ищут, он не умеет водить F-15 и настраивать холодильники, и даже на шаурму не годится. Упомянутый Мэдер сидел перед распахнутой дверью с бутылкой "Карелии" и пытался вклиниться в разговор, дабы намекнуть, что пить из горла не будет, но всё было тщетно, пока он не вспомнил, что за время проживания в Мельбурне научился орать как изнасилованная кукабарра.
От дикого вопля топор вылетел в окно и воткнулся в стену соседнего дома. "Пожалуй, я к ним не пойду", - подумал Кауфманн, подслушивавший под дверью.