На берегу озера Бодом, в грязной, распаханной гусеницами луже, сидел Дженсон Баттон, пил седлецкий самогон и проклинал своих механиков.
"А щоб вам повылазило, как говорит батька Сорум из колхоза! Хаккинена на вас нету, жыдобабруйцы неправославные! Субботу не чтите, Виндрайдеров некошерно обслуживаете, ГайковёртЪ оскверняете! Эх, надо было с ними лететь..." - Дженс бросил тоскливый взгляд на небо. По небу плыли пышные облака самых непристойных форм. Баттон почувствовал вдруг, что устал от миниатюрных прелестей Маши Скрим, и ему захотелось женщину в теле. Рука непроизвольно потянулась к какой-то веточке, и вот уже чертит в полужидкой грязи кривые линии, поначалу не связанные между собой, но постепенно принимающие очертания классической "пышки".
Если бы Дженс был не так занят своими мыслями, он вспомнил бы о том, что нехорошо сидеть под высокой раскидистой сосной. Потому что кто-то может сидеть на самой сосне.
На сосне сидели танкист Янек Кос и новый звукач онсампля "ТрэшЪ Твою Мать" Таисий Сельчук. Устроились они достаточно высоко, чтобы англичанин их не слышал, и достаточно удобно, чтобы засекать каждое его движение.
Увидев рисунок, Кос оживился:
- Так я и знал, что бабу нарисует! А ты - Звезду, Звезду...
- Не надо про Звезду, - помрачнел Таисий. Танкист ему не нравился: то ли тем, что других Косов, кроме Палпатина, Сельчук не знал, то ли не менее нехорошей ассоциацией с неким Романом Дроздом, о котором до сих пор ходят сомнительные легенды в местной деревне Лобашёвка. Янеку, в свою очередь, высокий и ухоженный блондинистый альдебаранец напоминал немецкого офицера, и это тоже было не из приятных, но приходилось терпеть.
- Так что? - спросил Кос. - Приводим в действие план... как это по-вашему, забыл?..
- "Лекку Холокойста", - отозвался Сельчук, подавая кому-то знаки с помощью хвоста. - Лекку - это вроде тентаклей, только безобидные.
Янек вежливо сделал вид, что понял, о чём речь. Этого английского долбоящера надо будет допросить на предмет того, что они там на лимонке сделали с Робертом Кубицей. Едва не загубили парня. Мало кто знал, что Кубица мечтал водить танк...
Из состояния блаженной мечтательности Баттона вывело чьё-то хлюпанье по грязи.
- Чвак, чвак, - говорили высокие женские сапоги, увязая в глубоких лужах.
Дженс поднял голову и чуть не опрокинулся в лужу, в которой сидел.
- Ты не промок? - участливо склонилась к нему здоровенная синяя баба с двумя толстыми щупальцами, растущими из головы. - Кстати, как тебя зовут?
- Э-ээ.. Эжен Клип, - от неожиданности Баттон пришёл в такой ступор, что назвался именем, на которое Хаккинен так и не успел нарисовать ему документы перед отлётом.
Женщина пришла в необъяснимый восторг и принялась петь непонятные дифирамбы, странно произнося его имя.
- О! Мы наслышаны о твоих подвигах, Эжен'клип! Твоя победа над Эшлика'навералом в решающей гонке была великолепна, твои манёвры тщательно изучаются на занятиях в наших ПРУ-2 на Рилоте. Но до нас дошли слухи, что ты... как это по-вашему... сливаешь, кажется, так?... и я пришла утешить тебя. Да, кстати, я не представилась: моё имя... - слово, которое она произнесла, Баттон частенько слышал от Петрова, когда у того случалась какая-нибудь серьёзная хрень, вплоть до вылета в гонке.
- Простите... на языке местных это немного... неблагозвучно, - Баттон мучительно подбирал слова, чтобы не обидеть и не спугнуть так внезапно возникшую перед ним женщину мечты. - Можно я буду называть вас... как-нибудь, ээ... по-другому?..
- Конечно, если это не будет смущать тебя. Моё официальное имя - Сустоо, - женщина наклонилась ещё ниже и осторожно коснулась его одним из головных щупалец. Оно было тёплое и слегка подрагивало. Под телогрейкой, надетой на мощное тело, не было ничего, кроме тонкой, ничего не прикрывающей мини-юбки.
"Тви'леки такие тви'леки", - подумал Таисий, давясь от смеха и изо всех сил стараясь не выдать себя. Интересно, что бы сказал на это товарищ Антипов?
Янек не смеялся. Он знал, что Сустоо - не тви'лек и вообще не гуманоид, но до сих пор не мог осознать до конца существование подобных форм жизни. Конечно, он привык относиться, скажем, к "Рыжему" как к живому существу, но не мог представить его человеком.

Втайне надеясь, что землянка заброшена окончательно и безповоротно, Баттон помог Сустоо спуститься по ступенькам в темноте. Надежды его, увы, не оправдались. Дверь за ними задвинулась на засов, вспыхнул свет, и Дженс понял, что его жестоко нахлебали.
- Мы ждали тебя, - Мельник погладил потрёпанный бок Оранжевого Чумадана и нехорошо улыбнулся. - Чти истинных богов, сука.
Баттон ущипнул себя. Твою мать! За спиной у Мельника стоял сам старший Туполев! Рядом - Сергей Королёв, Дэвид Кавердейл в скафандре и Ричи Блэкмор с белым Стратокастером. А вот этот невысокий, чёрненький, с загнутым носом - Дарт ПЗ... Ехать-стрелять-колотить!
Все присутствующие собрались в круг, в центре которого поставили квадратную катушку. По углам её встали Сергей Осяйкин, Яри Маэнпаа, Роберт Кубица и Чувак С Бояном. Сверху на катушку положили открытый Чумадан.
Кубица поднял правую руку в чёрной перчатке, перехваченной ремешками. Перчатка доходила до локтя. Баттон заметил у Дарта ПЗ такую же конструкцию и попытался выгнать из головы Имперский Марш, но было поздно. Правда, на Кубице не висел противогаз, и это вселяло слабую надежду на то, что всё обойдётся без активного вмешательства ситхов.
Открытый Чумадан выполнял функцию ноута. Экран засветился и явил собравшимся корабельную рубку, в которой Хан Соло и Мика Хаккинен пытались напялить на Тони Биренковена длинное голубое платье, Ведж Антиллес мерил синие босоножки, а две девушки с короткими стрижками пили чай и хитро переглядывались.
- Здравствуй, Мария, - сказал Мельник.
Девушка помладше и в камуфляжных штанах радостно улыбнулась в ответ.
- К нам на чай заглянула Божена Найт. Возможно, она примет участие в ритауле. А?..
Молодая женщина в синем комбинезоне лётчика-испытателя поднялась, приветствуя собравшихся. Мельник встал на колени и склонил голову, большинство присутствующих сделали то же самое.
- Я не желаю никому зла, - сказала Божена Найт, - но, возможно, это шанс попячить УГ.
До Баттона начало доходить. Да не иначе Сустоо привела его сюда не просто так, а ради присутствия при ритуале Великой Кащенской Анафемы! А кого ж этой анафеме предавать таким составом, как не Фернандо Алонсо? Вон в углу и Френтцен с чёрным маркером, и мидбратья Шызикелла с Ирвайном... А вот и Хаккинен, наконец отпустив Биренковена и ворча: "Кормить тебя меньше надо... ишь, здоровый стал, шо твой F-15!", повернулся к экрану.
- Шесть лет назад, - заговорил Хозяин Озера Бодом, - Марии довелось участвовать в подобном ритуале. Тогда предали ВКА КВТ выпускника ПРУ-2, тогда ещё однократного Героя Лимонки - Фернандо Алонсо, да будет он попячен гадюкою в трусы. С тех пор он заработал на погоны ещё одну звёздочку, а потом вся мощь проклятия обрушилась на него, и был он многажды посрамлён тёмным эльфом Дриззтом, моим падаваном Кими Ра и здесь присутствующим Евгением Кнопкиным. Выйди, Дженс, не стесняйся своего халата: на нём кровь ничистых выхухолей.
Проклиная себя за сидение в луже и непрезентабельный вид, Баттон подошёл к Чумадану. Хаккинен смотрел на него с экрана, не замечая, что позади него Ведж облизывает половник, а Тони отчаянно делает вид, что ему не страшно.
- Хорош резину тянуть, - Кубица вытащил откуда-то два танковых шлема, один надел на себя, другой отдал Чуваку С Бояном. Хлопнула дверь. Баттон поискал глазами Сустоо, но не нашёл. Наверху взревел дизель, заскрипели траки.
- Передайте Тайко, что он дятел, - влез между Хаккиненом и экраном Антиллес. - Такую настойку, как здесь, он хрена с два где попробует.

От сильного толчка дерево пошатнулось. Янек посмотрел вниз. Грязно-синяя СУ-100 и ржавый Т-34 ждали, как было условлено.
Таисий соскользнул с ветки на землю и недоверчиво покосился на самоходку. Из орудийного ствола свисали портянки и что-то похожее на мини-юбку.
- Хорошо ещё, стволов не два, - пробормотал альдебаранец. Прикосновение к броне успокоило его. - Отлично сработала, молодец.
"Рыжий" принял обоих в свои объятия и неспешно двинулся в сторону колхоза. Самоходка потащилась следом.
- Они что, все здесь такие? - Янек кивнул в сторону СУ-100.
- Может, и все... Я сам здесь недавно. Давай уже выбираться из этого леса, а то...
В следующую секунду танк основательно тряхнуло. По броне застучали камни, сучья и щепки. Над лесом поднялся столб синего пламени.