- Это что ты мне принёс?! - негодовал Самбора. - Это же не ТрэшЪ ни разу, это прагрэсиф какой-то!
Шмиер только и смог произнести "Фигассе...", услышав из колонок голос Ди Си Купера. Самбора тем временем гадал, что это может быть. Сильно смущали звуки бояна, и это был явно не Томаш.
За окном, как обычно, горела помойка. Лето в Седлецке ещё не успело наступить, но почему-то участились пожары.
- Давайте выгоним Эмерсона. - предложил Мистер Вагина.
- Ты боклан, - ответил Самбора, - он и так у нас давно не играет! Надо выяснить, кто поджигает помойки, и что это за хрень такая играет.
- Так я же сказал - ТрэшЪ твою Мать! - оправдывался Шмиер. - А почему они прагрэсиф играют - не знаю! Я вообще шёл, никого не трогал, а тут стоит Зиновий Аронович и какие-то диски раздаёт, ну я и взял один...
Самбора начал догадываться, что у Бояна В Жопе появился серьёзный конкурент. Помойка за окном эффектно взорвалась, выбив несколько стёкол в окнах. Самбора высунулся в выбитое окно и заорал:
- Прекратите хулиганить! Я щас Хранителям пожалуюсь! Пендальфа Котласского вызову, Мастера-Джедая из Нарнии!..
Дверца шкафа угрожающе скрипнула, и показалась чья-то волосатая башка.
- Не поминай Нарнию всуе, - сказала башка. - Развалилась, и хрен с ней. Ты чего тут вообще расселся, Охота На Рояль идёт!
И тут Самбора понял, отчего горят помойки. Он снова высунулся в окно и увидел, как по улице несётся горящий рояль, обезумев от ужаса.
Обладателя волосатой башки звали Андреас Пассмарк. Он жил в шкафу, мучал бас и играл в карты с шушпанчиком, которого в темноте принял за Рипичипа. Шушпанчик не возражал.
"Какого вообще хрена оно живёт в нашем шкафу?" - возмутился Самбора и пошёл за шваброй, но басист продемонстрировал чудика и заявил, что пил с Верховною Рельсиной. Против этого было нечего предъявить, и пришлось оставить Пассмарка с шушпанчиком в покое.

- Что-то Ричи нервный стал какой-то, - Церцерис удобно устроилась вниз головой на занавеске, разделявшей гримёрки: в кабачке "У ржавого лейтенанта" шёл ремонт. - Бегает по потолку, ругается... Не на вас случайно?
- А чего на нас ругаться? - удивился Нейр. - Ну подумаешь, парочку роялей подожгли, так это мы сценическое шоу репетировали... А что, плагиат?
Ди Си Купер уже сидел на сцене и проверял микропхон.
- Рас, рас... кто внизу, тот пидарас... Летит стая напильников, видит - на заборе чьи-то мозги висят... Мы рождены джедаев сделать пылью, и покориииить космический простоооооор!!!
"Откуда он всего этого нахватался? - удивлялся Хаккинен, настраивая гитару. - Когда успел?.."
Мельник загадочно улыбнулся. Он сидел в углу вместе с Эллефсоном и изучал скрытые возможности Чумадана. Сирфы, брат и сестра, сидели рядом, попивая сок из смайликов.
Убедившись, что микропхон не откажет, Ди Си Купер слез со сцены и напоролся на толпу фанаток, которые закидали его неудобными вопросами - типа "а правда ли, что Вы есть ничистивое порождение Сорума при активном содействии Дэвида Култхарда и Элиса Купера?". В самом деле, ходила по колхозу и окрестностям такая легенда - наряду с другой, раскрывающей истинное происхождение Мелисова в результате генетических опытов Мельника и Копосова. К таким вопросам Ди Си привык и не обращал внимания.
Сирфа была в тихом шоке: красавец вокалист покорил её с первого взгляда. Сирф не замечал ничего вокруг, задумавшись о смысле жизни.
Спустя какое-то время концерт всё-таки начался. На сцену вышел Мика Хаккинен в белом медицинском халате с пятнами засохшей крови и объявил:
- Товарищи! Сейчас вашему вниманию предлагается выступление онсампля "ТрэшЪ Твою Мать". На основе итогов выступления станет ясно, состоится ли сегодня после нас выступление Бояна В Жопе. А пока - мы начинаем!
"Ах ты сука!!!" - подумал Самбора. Такой гадости он не ожидал.
Нейр Стингфлэш застрекотал крыльями, завис над установкой и грянул такое вступление, будто хотел посрамить самого Портного. Открывающая вещь была инструментальной. Соло на бояне в исполнении Кауфманна порвало всех.
Когда на второй песне вышел и запел Ди Си Купер, с потолка посыпалась побелка. Несмотря на бестактных фанаток и вонь горелой помойки из окна, держался он молодцом, правда, то и дело прикладывался к бутылке с соком из смайликов и не выпускал из рук косяк с цветочками.
- А вот это зря, - сказал Мельник. - Сейчас увидите, почему.
Где-то на середине третьей песни гитара Тони Биренковена отключилась. Намертво. Кое-как доиграли, а потом Ди Си оглядел зал и заметил Сирфу. Девушка смотрела на него в упор, широко раскрыв свои малиновые глаза.

Многое всплыло в памяти при виде этих малиновых глаз.
Холодные южные станции, подмёрзшая почва, заметающая рельсы позёмка. И он, простой машинист Метадон.
Его глаза различают и сохраняют в памяти тысячи маршрутов Северного и Южного Колумонта, его руки помнят каждый переключатель на пульте управления локомотивом. Не счесть, сколько раз мчался он сквозь метель на побережье, принимая грузовые вагоны с легионерами Герны и тем, что они награбили в разорённом Верхомирье. И задавал себе вопрос: зачем?.. и всякий раз при этом появлялось странное, немного пугающее ощущение слияния с локомотивом. Поезд как бы намекал ему.
И Метадон догадывался, что в машину вселился Виндрайдер. Но что с этим делать, он не знал.
Он говорил со своими сменщиками, Аргоном и Пропаном. Они не очень-то верили в Виндрайдеров, но локомотива номер 650822 с тех пор побаивались...

- Теперь поняли? - Мельник закрыл Чумадан, и Купера отпустило. - Баги там. Цветочные. Прошлое просится, лезет наружу. Что-то мы в ём недоделали, а уже в будущее лезем...
Сирфа всё ещё смотрела на Ди Си, а Сирф - на крёстного.
- Что мы могли не доделать в прошлом? - спросил Эллефсон. - Записать концептуальный альбом о Праоксюморонии? Воспеть моих предков - астенских мореходов, прославить подвиги Хоки Аури и Яна Клейна? Опомнись, брат, им тогда только перед Насекоме выступать не стыдно будет, а единственным, кто их поймёт, будет старый Шапир Азухенвейцлер!..
- Да не, папа, всё правильно, - вмешался Сирф. - У них же Митал И Прагрэсиф, а те, кто играет Прагрэсиф, часто непонятные тексты пишут. И не обязательно Ди Си ловить приходы, чтобы их писать. У них есть Зиновий Аронович и дядя Анакин, они без всяких приходов видят сквозь время...
Выяснилось тем временем, что на гитаре Тони сгорел шнур. Хаккинен предложил было сыграть ганзовскую "This I Love" с бояном вместо клавиш, записать и издать отдельным синглом, на что Кауфманн послал его подальше и заявил, что Ди Си Купер, поющий песню Ганзов, подобен Экслу Роузу, поющему песню иванушек. Рояль для ритуального всесожжения ещё не пригнали, а время шло, и надо было не дать Бояну В Жопе зохавать себе больше, чем полагалось.
Ди Си вспомнил unplugged-концерт в Москве. Там, конечно, всё было культурно, роялей не жгли, баб на столах не жарили, а цветочков там вообще таких нету, но вроде сработало. Так почему бы и сейчас не попробовать?
Хаккинен, прочитав его мысли, возрадовался и достал из кармана бубен. Потом вытащил и напялил рога. Потом начал ритмично бить в бубен и ругаться на непонятном языке.
- Что он делает? - шёпотом спросила Сирфа.
- Заклинает дядю Анакина, чтоб в Насекоме не превращался, - объяснил Сирф. - Только Чёрной Ракеты нам здесь и не хватало сегодня.
Удары в бубен становились всё тише и тише. Погас свет. Вот смолкает шаманский бубен... и тишину разрывает звуковая волна.
Дверь покосилась на петлях. Все оставшиеся стёкла разом вылетели из окон. Порыв ураганного ветра снёс пол-крыши заведения и зашвырнул куда-то в жопу. Все присутствующие полезли прятаться по углам.
Концерт Бояна В Жопе был сорван. "ТрэшЪ Твою Мать" добились своего.
"Интересно, зачем это им... то есть нам?.." - подумал Ди Си. Закрыл глаза на мгновение - и перед ним пронеслась карта маршрутов Южного Колумонта.

Говорят, на земле у кабачка видели следы колёсных пар.