Сергеев и Лефлер бухают сидят,
А рядом Терентьев и Маврин.
От злости и горя нажраться хотят
И кроют Кипелога матом.

Открылась тут дверь, и вошёл Алексис,
Зелёными светит глазами.
А следом за ним появился басист,
Испачкав весь пол сапогами.

"А Элькинда нету, но скоро придёт", -
Своим Алексис сообщает.
Терентьев сидит, его зависть берёт:
В Артерии так не бывает!

Шатается Селин, шатается БоLt,
Ударник, наверное, тоже,
И сбродище каждый своё создаёт,
А может быть, два или больше.

Сергеев пришёл, разваливши Гольфстрим
И вылетев из Шедоф Хоста,
В то время как Санта Мария стоит -
Она заморозилась просто!

И вот он на стуле качаясь сидит,
Хохочет без всякой причины,
Бутылкой пустою под стулом гремит -
Ведёт себя словно скотина!

А Лефлер хороший пример подаёт
И молча орудует вилкой:
Поклялся, што всю её нафиг согнёт,
Но всё же откроет бутылку!

"Гольфстрим развалился! - Сергеев сказал,
Себе наливая текилы. -
А вот Мэри Эксл его очень жаль,
Она меня чуть не убила!"

Сказал Алексис: "Уж не думаешь ли,
Што сгинул Гольфстрим без остатка?
Представь, Мэри Эксл с подругой нашли
Мою Триумфальную Арку!"

Вбежал Удалов и кричит: "КАРАУЛ!!!
Вы слышите, шум раздаётся?
Ударники ваши Манякина бьют,
А Террана стоит и смеётся!!!"