Родился в 1924 году мальчик, Саней назвали. Годы шли, мальчишка старел. В войну повоевал славно, многих фашистов пристрелил из именного ТТ, потом женушку себе – красавицу, после Гитлера ужо. Жил он с нею, поживал, бобра наживал, деток стругал. Настругал, короче, Саня своим корявым рубанком пятерых детишек – трех мальчиков и двух девчонок. Души в них не чаял, да и в жёнке тоже! Но вот настал переломный момент. Навалилась на город, где жил Санька с семьёй, напасть – маньяк серийный. Где-то тесак мясницкий добыл, и то отсюда, то оттуда доносились страшные вести об отрубленных головах да прочей расчлененке. Пытался Саня спасти жену да детишек, из дому никуда не пущал, да не вышло у него ни фига. Вскоре маньячище надругался над братиками, шедшими со школы, в черепах каждого из трех по букве тесаком выпилил – «Х», «У» и «Й» соответственно. Рыдал Саня, рыдала жена, рыдали сестрички на похоронах, но никто не знал судьбу. Короче, как-то раз менты повязали сумасшедшего убийцу в момент отрезания голов Саниным девушкам. И остался Саня один, уже в годах (1990 шел). Дедок почти что. Кто такого дряхлого полюбит? Тем более, потеря близких состарила Саню лет на пятнадцать.… Стал хиреть дед. Живёт один в квартире, только пауки да клопы ему компанию составляют. Превращается понемногу в ходячий скелет, да и то почти не ходит. Только под себя. Вонизм в Саниной комнатушке ветхой нереальный, хоть топор вешай. Всё загажено, грязно, на кровати возлежит костлявый старикашка. Страшнее в гроб кладут! Но кому до этого дело есть? Никто и не познал, что откинул кони Саня, только дом, где он жил, снесла из-за ужасного запаха санэпидемстанция.