Купание в пучине морской получалось сродни театральному действу, иначе не могу этого назвать…


Если вы думаете, что я, как героиня труда, почетная гражданка некоторых городов-героев, добропорядочная мать отдельновзятого счастливого семейства и просто, не побоюсь этих слов, престарелая женщина, чинно и благородно спускалась по тропинке к плещущему морю с корзинкой вареных яиц, гроздью винограда, парочкой персиков и бутылочкой сухого вина, то я вас сейчас буду огорчать. Сильно. Да.
Выглядело это так.
Берется полотенце, желательно большое. Я брала то, что было при мне, цвета салатного, вынутое из рюкзачка. Означенное полотенце обматывается вокруг пояса, освобождая тем самым руки, руки – это наше всё. На голову напяливается тюбетейка с помпоном, чтоб не напекло, через плечо вешается сумка, в которой попить, ну, жидкость там.
Далее идет сплошной стресс, потому как ботиночки в виде пляжных шлёпок не позволяют резво скакать по камням, да и вообще не люблю я этого скалалазания, когда для того чтобы добраться до воды, нужно тридцать пять раз рискнуть шеей и, я извиняюсь, прочим.
До т.н. пляжа надо преодолеть несколько спусков и подъемов, но это еще ничего, по сравнению с концовкой сего путешествия.
Когда вода уже видна, и до нее буквально пять метров, путь преграждают нагромождения беспорядочно сваленных камней. Когда-то давно стихия двигала эти камни с горы к морю, лава или еще какая сила катила их вниз. Теперь же они лежат друг на друге, бесстыже выставляя острые бока. Каменная пустыня.
Так вот, псевдотропа к морю – это чередование узких расщелин и больших провалов между камнями, но и это еще ничего, потому что финальная стадия – это огибание огромного валуна, по тонюсенькому краешку, цепляясь за его же выступы.
Я лезла и материлась, Материлась и лезла. Между матюками сообщала спутникам что вообще-то в мирной жизни я матом не ругаюсь…
В общем, никакого удовольствия, я вам доложу, никакого, да. Прям едва не разлюбила моря, ей-богу.