Белое, ослепительное белое небо надо мной…
Но Всегда во сне.
Я смотрю в окно, а там холод, мрак и серый страх. Я чувствую его - желание касается моей души, притягивая, ароматным шепотом увлекая в сумрачный город…
По небу бегут тучи, серые тучи. Быстро, невероятно быстро, а деревья склоняются к земле в немом отчаянии.
Я тоже становлюсь на колени перед ветром, перед моим лучшим любовником, он ласкает меня, не зная моего имени, не видя моего лица. Ветер слеп.
Я встаю с колен, когда он распахивает окно, ледяным душем обрушиваясь на мое горячее тело. Город внизу слаб и болен, давно уже болен страшной заразой. По нему изо дня в день расползается туман страха. Город берегут другие, светлые и жестокие до крови на губах, не люди, но не ставшие охотниками. Те, кто умеет видеть лицо города. И имя им – вечность. Я упаду на колени перед ними, перед одним из них, если он позволит. Это не его город, но город счастливо вздыхает, когда тот с ласковой улыбкой смотрит ему в глаза. Глаза города – тысячи ярких огней в сумраке людских душ.
А сладкий страх, что пронзает легкие смутные тела, слаще любого меда. Капля крови в небе – солнце.
Красота и разложение. Боль и восторг.
Ветер манит меня, как звал всегда.
Крылья… Дайте мне крылья. И я разобьюсь о камни, но увижу вас всех сверху. Увижу ваши лица, боль и отчаяние. Я заберу с собой того, кто принадлежит мне. Я не оставлю вам на растерзание измученную плоть и чистую душу своего ребенка.
Я научу его видеть этот мир моими глазами, я научу его жить в крови и агонии человеческих душ.
Но перед этим я вновь уйду к тому, кто являлся мне во снах. И он заберет меня с собой.
Я хочу и боюсь этого.
Где-то там, за горизонтом, есть мир, в котором нет страха, в котором живут ангелы с дьявольской улыбкой на алых губах.
И в том мире белое, ослепительно белое небо над головой.
Но для меня – всегда во сне.