На березе ворона раскхекалась,
Развалясь словно куча тряпья,
Я присяду на стул против зеркала -
Исповедую сам себя.

И свечи огонек, как положено,
Осветит уголочек лица
И из зеркала глянут встревожено
Дед и сын, и тревога отца.

Как слова полетели неистово -
Не сыграть, не забыть, не солгать!
Не прервать эту горькую исповедь
Вот и полночь, конца не видать.

И крадется мыслишка: похоже ведь,
Жил как жил – неизбежно грешил
Бесконечно длинна, моя исповедь
Протяженностью в целую жизнь.

Одному мне с задачей не справиться
И в объятиях вселенской любви
Я тихонько шепну: «Боже, праведный,
Дух вверяю я в руки твои!»

И, свершилось! Кристально очищенный,
Словно лук от гнилой шелухи,
Невесомый, пустой , обезличенный
Я опять ударяюсь в грехи ...

(c) Алексей Кулешин