Расслоенное эхо, временного пространства,

Он проснутся не может и не может уснуть,

Он рисует планеты утопичного старца,

 Черный уголь по коже и весенняя ртуть.

Его мать - умерла, у него завтра - свадьба,

Он рисует стеклом на коленях портрет,

Он сегодня устал, покурить и поспать бы,

Может быть, на потом он отложит ответ.

По чужим адресам - переулки года,

По чужим адресам - сигареты и дожь,

Я устал быть другим,

Всё - к чертям до утра,

Вечер, холод, гитара

И счастливая дрожь...

И на крыше домов, грубо съежившись в точку,

Загружаясь по звездам, попивая вино -

Так играют в любовь, так рождаются строчки,

Так рассажены в гнезда жертвы для ничего...

По чужим адресам - переулки года,

По чужим адресам - сигареты и дожь,

Я устал быть другим,

Всё - к чертям до утра,

Вечер, холод, гитара

И счастливая дрожь... (с) Братчык