Сегодня репетировали с Пижамой вдвоем. Он – ударник, я – басист. В общем-то, неплохо получилось. Ах да, еще мы сегодня перевезли наконец-то оборудование в наш новый гараж. Будем обживать новое место. Без Гризли скучно. Во-первых, он наша гитара, во-вторых, втроем всяко веселее.

Усилитель надо доводить до ума. Я не знал, что уровень сигнала с «педали» настолько ниже уровня сигнала с плеера. Если подключать плеер к усилку, то на половине мощности невозможно находиться в комнате – болят уши. Если подключать «педаль», то «перекричать» барабанную установку не получается… Короче, надо ехать к Вадиму, он шарит в электронике лучше меня. И потом, у него есть куча схем предварительных усилителей, которые мне как раз и нужны.

Вообще, я с этой электроникой скоро сойду с ума. Да, это интересно, но ровно до тех пор, пока это получается. А не спать до утра и «крутить» в голове схему – как-то много сил отнимает.


Вот и получается, что сейчас мои основные интересы – музыка и электроника. Бред полный, но я занимаюсь этим потому, что еще как минимум двое людей заинтересованы во мне, хотя бы как в бас гитаристе. Никогда не занимался гитарой всерьез. Все время только «баловался» вечерами. Конечно, за пять лет я кое-чему научился, но нехватка навыков особо остро ощущается сейчас, когда играем серьезные вещи.

Чем я еще занимаюсь? Делаю новый корпус опять же для бас гитары. Почему делаю? Потому, что мне интересен сам процесс. Может быть, когда я ее доделаю, то она не будет звучать, а станет простой красивой вещью, но сделанной моими руками от и до. Посмотрим.


Надо как-то снова «вставать в строй». Сегодня утром, когда перепаивал заново схему, понял, что не в состоянии держать в руках паяльник – жутко тряслись руки. Это, видимо, от нервов… может от банального недосыпа. Благо мой ночной и-нет заканчивается и хотя бы одним поводом не спать по ночам теперь будет меньше. Хотя и помимо этого их хватало.

Леха, брат Пижамы, – наш потенциальный клавишник загулял с какой-то девицей. Пару раз не ночевал дома. Крут парень…. Лан, пусть отдохнет, а мы пока подождем его немного.




Об одном, наверно, стоит написать отдельно. Это об одном комменте в одном из предыдущих постов моего дневника. Я не знаю – что заставило вдруг заговорить Ее. Обида ли… или просто интерес. Если бы этот пост написал другой человек, то я мог бы предположить, что это запись скучающего по мне человека. Но так как это написала Она, то это исключено.
Итак, мной был написан ответ. Возможно, излишне длинный, или излишний сам по себе. Я просто хотел пояснить свою запись… хотя меня об этом, вроде, не просили. Заметил, что я стал часто оправдываться. Скорей всего, это следствие желания быть понятым до конца. Только вот стоит ли так стараться? Иногда полезнее оставлять человека наедине со своим мнением или догадками.
Надо же, обо мне вспомнили за эти дни. Вот уж не знаю почему. На несколько секунд возникло предположение о том, что Она просто соскучилась и хочет поговорить, но я задавил эту абсурдную мысль. Может показаться, что я просто язвлю сейчас, но на самом деле я уже не жду какого-либо интереса с Ее стороны. Еще больше мне не понятно, зачем было писать о том, чего хотела, но в силу каких-то причин не сделала. Что я должен был ответить на это? Пожалеть о том, что Она не пригласила меня? Нужно ли это? В лучшем случае «выпить по чашке кофе» молча, если я все правильно понял. А потом, вспоминая произошедшее, думать: «А не подумает ли он чего-нибудь лишнего?». Нет, теперь уже не подумаю. Возможно, я просто не захочу прийти. Я, конечно же, не против поговорить с приятным мне человеком… но я не уверен в том, что это будет приятная встреча для Нее. Если Она настолько опасается моей привязанности, то за неделю все это не пройдет. Да и у меня еще есть повод опасаться лишних мыслей. Мы оба похожи на человека, получившего удар током, который теперь с опаской поглядывает на электроприборы.
Возможно, когда-нибудь мы сможем быть друг для друга просто собеседниками – не более. Большее вряд ли возможно между людьми, которые прообщавшись три года так ничего и не добились.

Не хочется делать Ей больно своим хладнокровием или непониманием и в то же время мое старание понять и помочь может вызвать излишнее подозрение. Я не хочу давать Ей лишних поводов думать о лишнем. Пусть думает что хочет, переубедить Ее я все-равно не смогу. Я теперь не знаю, чего от меня ждут и ждут ли вообще. Я просто смирился с тем, что мы друг для друга просто знакомые и стараюсь меньше думать о том, что было.



Снова расписался. Иногда у меня возникает мысль о том, что действительно пора заканчивать вести этот дневник. Он заставляет меня слишком много думать о лишнем.