Ты провожаешь друга, который уезжает на поезде в другой город. Вы приехали на вокзал, нашли на каком пути нужный вам поезд и даже узнали, что «нумерация вагонов начинается с головы поезда». А еще по закону подлости вам пришлось пройти весь перрон до вашего вагона, но вы не расстроились, нет. Вы давно не виделись, и вам есть о чем еще поговорить, и что вспомнить. А ему, другу твоему, очень нужно уехать. Так нужно, что аж нужнее, чем в прошлый раз. И вы стоите перед его вагоном делаете какие-то неловкие движения, словно стесняетесь. А ведь стесняться-то нечего. Но вы все равно делаете эти движения, курите, а потом кто-нибудь из вас скажет «Ну все», или проводник скажет «Прошу пассажиров занять свои места». И вы пожмете друг другу руки, обниметесь, а потом он пойдет в вагон искать свое место. А ты, ты идешь рядом с ним, то есть он-то, конечно, идет в вагоне, а ты по перрону, но ты видишь его через окна. И вот он нашел свое место, кинул сумку на сидение, и вышел к окну, а там ты стоишь и улыбаешься ему самой своей идиотской улыбкой. И хотя он тебя не слышит, а ты его, вы пытаетесь еще что-то друг другу сказать. И вот после этого начинается самое странное. Поезд трогает, на перроне уже почти никого не осталось, начинает играть марш и вдруг создается такое ощущение, что как будто это ты только что приехал, а не друга сажал на поезд. Причем приехал не просто так, а вернулся с какой-то страшной войны, вернулся победителем, вся твоя грудь увешана медалями и ты гордо, расправив плечи, широким, уверенным шагом, шагом победителя, идешь вперед. А где-то впереди, вдалеке видны люди, и ты знаешь, что все эти люди идут тебя встречать. Они будут тебя обнимать, дарить цветы, плакать, поздравлять. Ты идешь к ним. Ты ПОБЕДИТЕЛЬ. И тут звонит телефон. Ну, какой к черту телефон у ПОБЕДИТЕЛЯ? Зачем ему вообще телефон? И бац, ты на вокзале, вокруг тебя куча незнакомых тебе людей, все без цветов. Твой друг едет в поезде и читает книжку, или есть курицу гриль, купленную по пути. У тебя в руке телефон, и он звонит. И именно в этот момент ты уже не победитель. И от этого ненавидишь телефон еще больше.

            А еще голоса в телефоне говорят тебе делать то, что ты не хочешь делать. Ну не то что совсем не хочешь, а в данный момент просто не можешь. Ну, потому что откуда они знают, чем ты сейчас занимаешься?  А ведь ты занят. Например, занят НИЧЕМ.

            Ничто, это очень важное занятие. Занятие только твое и никто даже догадываться не может насколько это твое ничто важнее всех остальных дел. Ты спокоен и расслаблен. Ты очень далеко от того места, где находится твое тело, в тот момент, когда ты занимаешься ничем. И тебе настолько хорошо как никогда хорошо не было. И тут звонит телефон. И тебе уже не хорошо. И ты очень отчетливо, так отчетливо как ты видишь дерево, которое растет у твоего дома, из окна, после того как ты в первый раз, за три года помыл окна. Вот на столько отчетливо ты понимаешь, что так  хорошо как было до того как позвонил телефон уже не будет. И ты ненавидишь телефон. Но берешь трубку, а там в трубке милый и приятный голос той единственной в мире. И ты забыл. Забыл про ничто и про то как это важно, забыл что ты ненавидишь телефон, и даже забыл про то что ты только что, раздраженно так, нахмурив лоб, сказал «Да кто там, блять...», а потом взял трубку и сказал так серьезно «Алло». А из трубки тот самый голос, и ты все забыл, все то что было до этого голоса.

            А голос сказал, то она очень по тебе соскучилась, что сидит дома и смотрит в вымытое со скуки окно, что раньше не обращала внимание на дерево, которое растет у нее перед домом, и о том насколько оно чудное. Что кора на этом дереве словно кожа у какого-то, старого и очень мудрого, животного. И что она, кожа, вся шрамах. И как будто дерево пытается что-то ей сказать, что-то очень важное, но она не может понять.

            И так полтора часа. А ты за это время успел погладить штаны и рубашку, начистить туфли, допить чай, сесть в машину, поехать к ней. По пути ты естественно купил цветы, и не какие-нибудь там розы, а герберы. И не потому, что тебе нравятся герберы, а розы не нравятся, тебе вообще все равно. Ну, в смысле, тебе не интересна красота цветов. А герберы ты купил потому что это ее самые любимые цветы. И ты это знаешь, и поэтому тебе тоже нравятся эти цветы. И вот ты подъехал к ее дому, припарковал машину, набрал на домофоне код, поднялся на лифте на ее этаж и стоишь перед ее дверью. И вот сейчас ты понимаешь, что должен выглядеть на все 100, даже на 200, и начинаешь себя строго осматривать. Но все в порядке, только вот шнурок как-то некрасиво из под штанины торчит. Ты его поправил, поправил букет, улыбнулся в дверной глазок и нажал на кнопку звонка.  А голос, тот самый которого лучше быть не может, тебе говорит в телефоне – «Милый подожди секундочку, там кто-то в дверь звонит». Ты видишь, как в глазке мелькает тень, и слышишь, как открывается дверь. А потом из-за двери показывается самое родное и прекрасное лицо и с самой прекрасной на свете улыбкой, роняя телефон, она прыгает тебе на шею,  и ты понимаешь, что не хочешь больше с ней расставаться даже на секунду. Вы заходите в дом, и ты первым делом выключаешь свой телефон. Вы, обнимаясь, подходите к окну. А там за окном дерево, которое, что-то хочет сказать.