Когда у меня руки начинают зудеть от желания помыть кухонные шкафы – сверху, снаружи, внутри, все повыкидывать и попереставлять – то у меня это означает одну из самых верхних ступеней душевного здоровья. В такие дни кажусь себе неудержимой ракетой и рождаются мысли отправить резюме на должность зама или даже гендиректора, вот как меня распирает. Ощущение всемогущества и контроля над своей жизнью и всего-то от трех помытых шкафов, микроволновки и кафеля.

Поскольку я на работе, то есть время все обдумать, на расстоянии это хорошо получается. Я все пытаюсь осознать мысль, что я больше трех лет жила с больным ребенком, что все это время ему, видимо, было трудно и не по себе, это если не затрагивая нашу последующую жизнь. И в связи с этим я пытаюсь обдумать свое поведение и понять, что вообще было-то. Ну вот он хорошо ел раньше, нормально. Я к этому спокойно относилась за исключением нескольких редких эпизодов. И я думала, что все нормально. А теперь он ЕСТ, и я вижу разницу. И думаю, вот, надо же, как, оказывается, едят здоровые дети. А я-то не знала. Но с другой стороны, если он плохо ел из-за плохого самочувствия – что я могла поделать? Я не видела и не считала, что вот это вот было «плохо», пока не увидела разницу. Но если бы я все это время считала, что он ест «плохо» и приставала к нему – ни к чему хорошему это бы не привело, нельзя заставлять есть ребенка, неважно, по какой причине он не ест или ест не так, как мне кажется правильным. Так что хорошо, что я не приставала и просто старалась следить, чтобы соотношение супа и котлет к пирожкам было в пользу первых. Но и теперь тоже надо следить, а то есть риск получить круглого пончика к семи годам, ну и какая разница. Что действительно сложно, так это смириться с собственной слепотой, как я абсолютно не замечала вот этих проявлений, которые, оказывается, могли свидетельствовать о болезни, а я считала, что все нормально, ну просто такой ребенок. С другой стороны, я просто так устроена, я ненаблюдательна и витаю в облаках, я иногда не замечаю происходящего, пока оно не написано аршинными буквами и не подсунуто под нос, врачом мне не быть никогда. Да и ребенку наверное хорошо от того, что его принимают такого, какой есть. Но все равно все это сложно. И с усталостью – это, конечно, самый болезненный вопрос. Сколько я переживала из-за его постоянных «на ручки!», ну три года человеку уже, ну сколько можно, у меня уже бицепсы как у грузчика, я всю голову сломала, чего ему по жизни не хватает, что он так на мне виснет - а теперь выясняется, что это скорее всего из-за болезни. Несколько раз мне даже воспитатели говорили, что он устает, иногда просто валяется на диванчике и так далее. Ну ладно, говорила я, не приставайте к нему, пусть отдыхает. А потом выяснилось все это. Как это все в голове уложить, я не знаю. Со временем, наверное, уложится.