Давно я не была в театре, ой, как давно... Наконец-то мы выбрались) И вроде пьеса совсем новая и актеры все молодые... Но...Впрочем, судите сами

Сразу оговоримся, спектакль не новый. В 70ые годы он уже успешно показывался труппой еврейского театра. С тех пор постановка сильно изменилась, перестала быть только лишь еврейским спектаклем о еврейской жизни. Однако, неподготовленный зритель теперь может немного не понять, почему в конце новый пророк бьётся с дьяволом за свечи, а после обматывается белой материей, которая покрывает всю сцену. С другой стороны, как раз неподготовленным и необходимо прийти на этот спектакль. Говорят, что поставить произведение писателя-классика сложно. Хорошо его поставить - ещё больший труд. Но почему мне кажется, что хорошо поставить что-то новое и практически неизвестное – стократ сложнее?
Как определить жанр спектакля? Вроде всё ясно, раз поют и танцуют, значит - мюзикл. К мюзиклам у нас отношение предвзятое. Они рассматриваются как что-то, стоящее на порядок ниже театральных постановок. Однако «Чёрная уздечка белой лошади» - вовсе не куча собранных воедино песен, скреплённых скучным визуальным рядом. Это единое действо, включающее и диалоги, и песни, и действие, едва похожее на танец даже в самые танцевальные моменты.
В основе сюжета сценария спектакля лежит празднование Хануки в 1001 году на планете Миражня, населённой евреями. Прошла тысяча лет после того, как иудеи победили язычников, их вера победоносно прошла по планете. Они гордятся столь могучим деянием, но почему тогда с самого начала преследует зрителей ощущение надвигающейся беды? Помните фразу: «Колет пальцы – так всегда надвигается беда»? Приближаются восемь дней празднования, жители составляют список своих мечтаний. Оказывается, что они весьма корыстны и материалистичны. Единственная красивая фраза матери о том, что работа мужу, еда и одежда детям и муж старшей дочери – это скорее её сокровенное желание, её счастье, не спасает ситуацию. Люди надеются, но надеются на мелочи, на подачки своего Бога. И тогда на праздник приходит Дьявол. Играет Дьявола Юрий Васильев, и Беня (так пришлось назваться исчадию ада) является самым харизматичным персонажем спектакля. В еврейской бедности он видит нечто красивое и само собой разумеющееся. Нечто, напоминающее чёрную уздечку на белой лошади. Сама эта фраза, лежащая в основе спектакля, является частью древней еврейской пословицы. Получается, что постановка о вечном противостоянии добра и зла. Даже Добра и Зла с заглавных букв. Однако, сюжетная линия, включающая в себя эту извечную битву, перенесённую на планету Миражня, выглядит побочной и размытой. Как всегда, на первый план выходит человек. Маленький, бедный человек. Отсюда и одна из главных песен спектакля, повествующая о больших проблемах маленьких людей. Противовесом дьявола является местный пророк, всеми избиваемый и гонимый за то, что указывает людям на их жадность, на их простые материальные желания. В отличие от харизматичного Дьявола, чьи цели понятны и просты, персонаж антагонист получился весьма бледным и размытым. Он олицетворение той силы, которая ратует за богатство души. Для населения Миражни его идеи не ясны, ими проникаются лишь в последний момент, минуту краха, когда Дьявол сам даёт людям понять, что купил их. Культ души проигрывает битву за битвой культу денег, воздвигнутому Беней, но почему тогда в конце он побеждает? Вопрос вызвала линия возлюбленной местного пророка, которая с непонятным рвением отдаёт свою душу Дьяволу. Подоплёка этого деяния не ясна. Зато складывается обратная связь между главной героиней стороны Добра и помощницей самого Дьявола, которая переходит на сторону людей, и за желание им помочь жертвует своим бессмертием. Практически равнозначный обмен, с той лишь разницей, что Зло приобретает нового сильного персонажа, а Добро от пришествия к нему бывшей злой Вечной практически ничего не обретает. Так кажется поначалу, но, терпя поражение за поражением, Добро всё равно побеждает.

Остальное