Луна взглянула нагло сквозь окошко,
собой залюбовавшись в зеркалах.
«Любимый, я сегодня буду кошкой», –
она сказала и не соврала.

Что говорить – хорошее начало,
и предложить достойный ход могу:
«Я притворюсь вином, а ты – бокалом,
в тебя вольюсь и искрами зажгу».

Прорвавшись через жаркую завесу,
мы становились сразу сгоряча
пчелой и мёдом, ангелом и бесом,
и голос нежный в тишине звучал:

«Плыву сейчас русалкою холодной,
мне зябко и тебя к себе зову».
И были мы потом поочередно
жарой, весной и сказкой наяву.

Ревел самум, за ним шумели ливни,
пожары жгли леса и шли стеной.
О скалы спальни море сбило бивни,
наш плот на берег вынесло волной.

На небе звёзды тихо шили гладью,
скрипела в тишине земная ось.
«Попробую себя представить блядью», –
послышалось…

И долго не спалось…